Знакомый комок сжался в животе, тяжёлый и твёрдый. Пожар прошлого года случился по вине Пятёрки... и Акселя. Вивиан захлопнула дверь своей комнаты. Внутренняя сторона двери была покрыта глубокими царапинами когтей. Она выпустила ногти и сделала новую отметину.

Аксель потерял контроль и убил девушку.

Весной прошлого года поведение Акселя становилось всё более диким, и он начал говорить странные вещи. Она слышала, как он хвастается вместе с Пятёркой ночными визитами в город, где они преследовали людей в тени и пугали их до смерти. То, что они рассказывали, звучало забавно. Вивиан заставляла брать её с собой. Однако вскоре пошли слухи по школе. Люди начали нервничать. Когда Вивиан предложила немного успокоиться, Аксель и Пятёрка лишь посмеялись над ней.

Затем Аксель стал все больше бывать в одиночестве, и ей показалось, что с ним что-то неладное. Он говорил меньше обычного. Это сводило её с ума.

«Я была влюблена в Акселя», – думала Вивиан, снимая леггинсы. – «Рафаэль считал меня своей девушкой, но я оставила бы его сразу же ради Акселя». - Она фыркнула с раздражением. – «Любовь к нему превратила меня в дурочку».

Она видела, как их поведение выходит из-под контроля, и ничего не предприняла. Ей следовало рассказать отцу обо всём, даже если бы это означало неприятности для неё самой. Но разве друзья предают друг друга?

Ночь бала Святого Валентина прошла так: Аксель отправился в город один и убил девочку возле школы.

При воспоминаниях о поступке Акселя гнев вновь охватывал Вивиан. Невозможно избавиться от мысли, что он сделал это по какой–нибудь мелочной причине вроде отказа девушки. «А ведь он мог заполучить меня», – горько размышляла она.

Вероятно, одноклассник увидел Акселя, вернувшегося в человеческий облик, склонённым над телом жертвы. Прежде чем осознать, что тот видел его, мальчик убежал и рассказал полиции.

Пятёрка решила вмешаться. Пока Аксель находился в тюрьме, они убили другую девушку. Вивиан не знала об их планах – вероятно, полагали, что она воспротивится. «И да, я бы точно возражала», – подумала она, но уверенности в этом не чувствовала.

– Как парень мог покрыться шерстью? Как могло не животное нанести подобные раны? – адвокат семьи защищал Акселя.

Второе убийство, совершённое в отсутствие Акселя, пока он был в заключении, доказывало существование хищника на свободе. Он якобы случайно наткнулся на тело и, испугавшись, скрылся. Дело закрыли.

Однако кто-то в городе поверил рассказу свидетеля о мальчике-волке, и однажды ночью здание гостиницы и постройки внезапно запылали в шести местах одновременно, чёрный едкий дым скрывал луну.

Ещё в XVII веке её предки бежали от истерии вокруг оборотней во Франции в малонаселённые земли Нового Света, а к концу века обосновались в диком штате Луизиана. В XIX веке три брата Вердун нарушили запрет поедания человеческой плоти, и стая поспешно перебралась в Западную Вирджинию, присоединив остатки немецкой стаи из Пенсильвании. Прошлым летом аппетит снова победил запрет, и стая отправилась бегством из родных холмов, ставших домом на сто лет, и прибыла в пригород Мэриленда – пять семей плюс остальные поселились в ветхом викторианском доме дяди Руди в Ривервью. Будем надеяться, что здесь их никто не найдёт; они смогут освоить новые тропы.

Дом на Сионе опустел постепенно, поскольку другие члены нашли работу и жильё, пока в нём остались лишь Вивиан, Эсмэ и дядя Руди. Вивиан надеялась, что к этому моменту они составят планы на будущее, однако теперь вся стая казалась безумной, включая её собственную мать. После потери более половины членов никто толком не знал своего места. Постоянно происходили ссоры. Чтобы выжить, необходимо было адаптироваться, организовать процесс и решить, куда переезжать окончательно, но в любую минуту стая рисковала разлететься клочками шерсти. Им нужен был лидер, но никто не соглашался, кто именно.

«Скрыться», – думала она. – «Если бы только я смогла...»

Прошлым летом она пряталась в комнате и много спала, а ранним утром, когда волки возвращаются домой, сбросив шкуру, Вивиан слышала сквозь открытое окно спальни плач матери, скорбящей по кому-то, кто никогда не вернётся домой.

Однако к началу последнего учебного года ситуация изменилась: Вивиан стала питаться практически регулярно, а Эсмэ устроилась официанткой в местную пивную «Тули». Постепенно стало легче переносить дни. В полчетвертого пополудни Вивиан уже не чувствовала усталости, заходя домой, и учёба приобрела смысл.

Она мечтательно смотрела на группы смеющихся детей, собравшихся вокруг школьного флага после уроков.

Сначала она думала: зачем заводить друзей среди людей, которые непременно убьют меня, узнав, кем я являюсь? Что если я случайно раскроюсь? Но желание общаться продолжало расти. Именно тогда она поняла, что совершенно не умеет дружить.