— Синтия, я удивлена видеть тебя здесь, — Янус втискивает свое гибкое тело между матерью и Дафной. — После стольких безответных приглашений я решила, что тебе неинтересно вступать в наш клуб.

Мое внимание мечется между ними:

— Приглашений?

Улыбка мамы ледяная:

— Ну, вы все просили так много раз. Я подумала: какого черта? Почему бы не посмотреть, что вы предлагаете, — говорит мать. — Но нам нужно пообщаться позже, член Совета. Мне нужно украсть свою дочь.

Я ловлю взгляд Эй-Джей, та приподнимает бровь. Прежде чем я успеваю возразить, мать утаскивает меня прочь.

— Мерзкая женщина, — шипит мать под нос. — Поверить не могу, что Янус сочла уместным привести сюда Дафну. — я оторопела. Это же ее жена. — Закрой рот, Ли, пока кто-нибудь не засунул в него что-нибудь неприятное.

Я воздерживаюсь от двусмысленного комментария. Вместо этого спрашиваю:

— Ты предлагаешь Янус оставлять свою жену дома только потому, что она Небула?

Мать ведет меня под руку по залу, кивая и помахивая другим женщинам на ходу.

— Янус может трахаться с кем хочет, — говорит мать, и я спотыкаюсь на ровном месте. — Но большинство этих женщин гордятся тем, что они потомки Первого Совета, который Небула убили во время Первой войны. Как член ДВКВНУС и Эпсилон, Янус должна это понимать.

Моя кровь закипает. Янус делает правильное заявление, приводя Дафну сюда. Это отвратительно, что мы продолжаем наказывать Небула за выбор их предков. Но я не собираюсь затевать политический спор с матерью на людях, поэтому просто киваю.

В конце зала Эй-Джей следит за нашими перемещениями. Я киваю ей, и она ведет подбородком в сторону коридора, понимая мой безмолвный знак.

— Ты вступаешь в ДВКВНУС? — спрашиваю я, направляя мать вокруг стола к тому месту, где Эй-Джей выходит из зала, напротив входа.

— Побереги свои суждения, Ли, — говорит мать. — Моя семья сыграла огромную роль в войне Арадии против этой лунной суки-королевы. Без нас, Арасели, все жители Бореалиса и соседних городов умерли бы от дизентерии.

В животе всё переворачивается. Когда ведьмы Небула захватили Аврору во время Первой войны, они отрезали Бореалис от пресной питьевой воды. Семья моей матери, Морские ведьмы, объединили свои силы и нашли способ опреснять Беззвездное море, что спасло тысячи жизней. Но эта история не делает ее лучше Дафны или любого представителя Небула.

— Ты больше не Арасели. Ты — Раэлин, — напоминаю я ей. ДВКВНУС — это высокомерные Эпсилоны, почти такие же плохие, как «Эос», а мать всё еще часть королевской семьи. Вступление в ДВКВНус продемонстрирует классовый фаворитизм, и бабушка Джорина этого не потерпит.

— Вступая в «Дочери», я не нарушаю законы о нейтралитете. Я больше не замужем за будущим королем, — небрежно отвечает мать. — Я, возможно, даже проголосую на выборах в следующем году.

Я закатываю глаза, но мы уже дошли до двери.

— Прошу прощения, — говорю я, высвобождая руку, чтобы найти Эй-Джей.

Как только я переступаю порог, из ниоткуда появляется Джианна и впивается в мою руку острыми ногтями-стилетами. Она затаскивает меня обратно в комнату.

— Что ты творишь? — шипит она.

— Что? — переспрашиваю я.

— Почему ты разговаривала с Эй-Джей Эванс?

Я вырываюсь из ее хватки.

— Я также разговаривала с Янус и ее женой. Какая разница?

Джианна усмехается:

— У этой девчонки репутация похуже, чем у члена Совета Янус Дайер и ее жены вместе взятых. Ты хочешь, чтобы о тебе судачили так же, как о них?

— Может, мне плевать, — отвечаю я, хотя это неправда. Эти женщины — одни из самых влиятельных особ в обществе. Ошибочные шаги до того, как я найду письма, могут нанести урон статусу моей семьи. Многие из них способны скормить прессе любые истории обо мне и моих близких. Куда ни глянь, люди наблюдают, шепчутся и делают вид, будто не снимают наш разговор на свои телефоны. Я — живой музейный экспонат.

Я пытаюсь изобразить подобие улыбки для своей аудитории. Джианна спрашивает:

— Это наркотики?

Моя улыбка меркнет. До моих ушей долетают новые обрывки шепота.

— Что? — переспрашиваю я.

— С Эй-Джей что-то не так. Думаю, это наркотики. — она поджимает накрашенные блеском губы. — Так что будь честна со мной, Ли. Это наркотики? Она твой дилер или вроде того?

— Это не наркотики.

— Тогда что?

Я не хочу говорить ей об «Эос». Так будет лучше для нее самой.

— А, Джианна, мы как раз тебя искали, — произносит президент Элио, появляясь позади нас вместе с Хэммондом.

Хэммонд приветствует меня с тем же энтузиазмом, какой он проявляет к обслуживающему персоналу из Небула. Я морщу нос, глядя на него, а Джианна шепчет мне вполголоса:

— Держись подальше от Эй-Джей, если тебе дорого то, что осталось от твоей репутации, Ли.

— Джи... — начинаю я, но она уже уходит вместе с отцом и Хэммондом. Они останавливаются, чтобы поговорить с тетей Джианны, перекрывая выход в коридор, где скрылась Эй-Джей. Я кусаю ноготь на большом пальце.