Ее лицо было бледным, губы плотно сжаты, маска спокойствия, которую она носила весь вечер, сменилась чем-то, чертовски похожим на страх. Она двигалась быстро — каблуки цокали по полу, направляясь ко мне.

- Я плохо себя чувствую, - быстро сказала она, избегая встречаться со мной взглядом. - Ничего, если я уйду немного пораньше?

Я должен был сказать «нет». Я должен был надавить. Потребовать рассказать, что произошло. Но я этого не сделал. Потому что что-то в ее голосе — мягком, дрожащем - подсказало мне, что она не скажет мне правду. Не здесь. Не сейчас.

Но кое-кто сегодня вечером точно знал, кто она такая. И мне нужно было, чтобы она была в безопасном месте.

Я не мог уйти с гала-концерта. Пока нет. Это мероприятие было слишком громким, слишком важным для благотворительности. Ожидалось, что я выступлю менее чем через двадцать минут — улыбнусь, пожму руку и поблагодарю толпу жертвователей, чьи деньги финансировали дело, о котором некоторые из них делали вид, что им небезразличны.

Мужчины, которых я знал, не были добры к своим женам. Мужчины, которые приходили на фотосессии, закрывая глаза на жестокое обращение, с которым мы пытались бороться. И я никогда в жизни так не ненавидел ни одну чертову речь.

Каждая частичка меня хотела сама проводить ее. Оставаться достаточно близко, чтобы уловить дрожь в ее дыхании, услышать то, чего она не договаривала. Но долг вцепился в меня когтями сегодня вечером.

Я сжал челюсти и коротко кивнул Бену. - Отвези ее.

Его брови слегка приподнялись — ничего драматичного, просто достаточно, чтобы заметить невысказанное напряжение между нами. Понимание прошло между нами без слов. Он не задавал вопросов. Просто повернулся к Саванне и предложил ей руку.

Она колебалась всего мгновение, ее глаза метнулись ко мне, как будто она не была уверена, можно ли ей уйти. Затем она согласилась.

Когда они направились к выходу, я повернулся обратно к толпе, сжав кулаки по бокам.

Что-то изменилось сегодня вечером. И мне это не понравилось.

У меня было неприятное ощущение, что Брюс точно знал, где она находится, — задолго до того, как об этом узнала пресса.

ГЛАВА 11

САВАННА

На мгновение я забыла, что такое страх. Прошло несколько часов с тех пор, как я проверяла выходы, с тех пор, как я наметила план побега, с тех пор, как мое тело было напряжено до предела, которое никогда полностью не проходит.

Может быть, все дело в шампанском. Это могла быть музыка или то, как золотистый свет отражался от мраморных полов, словно мир наконец разрешил мне дышать.

Или, может быть… это был Джексон. И Бен. И простая правда в том, что сегодняшний вечер был посвящен женщинам, пострадавшим от домашнего насилия — таким же женщинам, как я. Их присутствие что-то уладило внутри меня - утих шум, постоянное гудение опасности. Я чувствовала себя ... нормальной. Человеком. Как будто я могла принадлежать этому месту, в конце концов.

Я потеряла бдительность.

И теперь я расплачивалась за это.

В ту секунду, когда дверь ванной закрылась за мной, я почувствовала это. Это покалывание на затылке. Изменение в воздухе, которое всегда означало только одно.

Я была не одна.

Я подняла глаза и увидела, что он ждет. Прислонился к раковине, как будто ему здесь самое место, руки в карманах, сшитый на заказ костюм достаточно изящен, чтобы слиться с элитой. Но я знала лучше.

Алекс.

Аккуратно подстриженный. Ухоженный. Достаточно отполированный, чтобы обмануть любого в этой комнате. Но для меня от него всегда пахло смесью бурбона, сигарного дыма и чего-то гораздо худшего. Гнилые намерения, облаченные в шелк.

Я замерла. Каждое нервное окончание в моем теле напряглось. Мою грудь сдавило так быстро, так сильно, что я подумала, что могу упасть прямо там, на плитку.

- Ну-ну, - протянул он низким голосом, буравя меня глазами с нездоровым весельем. - Не думал, что увижу тебя здесь. Ты выглядишь ... по-другому без синяков. Думаю, ты немного привела себя в порядок с тех пор, как я видел тебя в последний раз.

Слова ударили, как пощечина. Я перевела дыхание, но оно застряло у меня в горле. Я не могла говорить. Не могла пошевелиться. Паника охватила меня краем глаза, но я отогнала ее. Я бы не развалилась на части. Не здесь. Не перед ним.

Одно слово из моих уст сделало бы именно это. Поэтому я промолчала. Холодное сердце.

Он подошел ближе — медленно, обдуманно. Стены казались меньше с каждым дюймом, который он у меня отнимал.

- Ты действительно думала, что сможешь убегать вечно? - его рука приземлилась рядом с моей головой, прижав ладонь к плитке, удерживая меня в клетке. - Ты далеко от дома, дорогая... а Брюс? Он будет очень зол, когда узнает, что ты играла в переодевания в городе. Особенно с ним.

Он наклонился, его горячее дыхание коснулось моей щеки. - Я не уверен, должен ли я сказать ему ... или оставить тебя для себя на этот раз.

Пауза. Ухмылка.