— Можешь остановиться на завтрак, но это не имеет никакого отношения к их разводу, — шучу я, заслужив гневный взгляд. — Правда в том, что я ничего не чувствую по этому поводу. Если что, то только: «Наконец-то», — признаюсь я и выдыхаю тяжелый вздох.

— С учетом всего, что ты мне рассказала... — Она бросает на меня многозначительный взгляд. — После того, что твоя мама устроила на День Благодарения, я, честно говоря, удивлена, что твой отец, по-видимому, рассчитывал на твою поддержку.

— Поверь мне, День Благодарения был лишь верхушкой айсберга, — я закатываю глаза и погружаюсь глубже в сиденье. Есть что-то особенное в поездке по заснеженному пейзажу, когда твою задницу согревает подогрев сиденья. — Если говорить о всех гадких вещах, которые сделала моя мать, он бы ушел от нее, когда мне было пять лет. Невозможно, чтобы мой отец инициировал развод.

— Она была настолько плохая? — удивленно спрашивает она, и я киваю.

— Да, абсолютно.

— Так что теперь они разводятся, — она звучит так же растерянно, как и я. — Почему?

— Честно говоря, я не спрашивала. Но не удивлюсь, если моя мать нашла себе более привлекательную партию, — я пожала плечами и вытянула руки над головой. — Да и это даже не то, что меня беспокоит. — Я махнула рукой, пытаясь отогнать эту мысль. — Дело в том, что после всех этих лет, когда он был «нейтральным», он вдруг хочет, чтобы я встала на его сторону. Как будто не поздно для такой лояльности. Это меня бесит. До сих пор я прекрасно обходилась без всяких «команд». Мне не нужно, чтобы меня сейчас втягивали в чью-то игру.

— Я в твоей команде. — Ник протягивает руку и успокаивающе поглаживает меня по плечу. Я даже не заметила, что сгорбилась, подтянув колени к груди. — Как и Киран. И Генри. И Калеб.

— Да, — я глубоко вздыхаю и немного расслабляюсь. — Я знаю, что вы со мной.

Некоторое время мы сидим молча, Ник сосредоточенно наблюдает за потоком машин, который постепенно заполняет шоссе, а я смотрю на проносящийся мимо пейзаж.

— Ты ожидала этого? Когда мы решили переехать? — шепчу я через некоторое время.

— Ожидала ли я, что мой бывший изменит мне с моей сестрой, а потом, переехав в глушь, я встречу самого доброго человека на свете? — Она качает головой. — А кто-то мог этого ожидать? Честно говоря, я была уверена, что мы с тобой создадим какую-то взаимозависимую кошачью коммуну и будем вести безумный образ жизни кошатниц, пока не присоединимся к Хаосу в загробной жизни.

— О боже. То же самое, — уголки моих губ поднимаются вверх.

— Что? Ты не представляла, что горячий, сварливый красавец из города влюбится в тебя? — Ник дразнит меня и бросает на меня взгляд. — Да ладно. Я рассчитывала на это с тех пор, как увидела, как он смотрел на тебя во время костра.

— Ах, костер. — Мой взгляд устремляется вдаль, и воспоминания заполняют мой разум. В основном о Калебе, несущем пьяного Кирана, перекинутого через плечо, как мокрый мешок с картошкой. — Это было весело. Надо повторить.

— Давай сначала вернемся домой, — замечает Ник и тянется за своей чашкой кофе. — И попробуй отстраниться от эмоций, связанных с твоей семьей. Твоя мать связывалась с тобой и рассказала о разводе?

— Нет. — Я качаю головой. — Будет ли это звучать жестоко, если я признаюсь, что рассматриваю этот развод как шанс прекратить всякие отношения?

Ник смотрит на меня из-подлобья.

— Ты меня спрашиваешь? Серьезно? Человек, который уже порвал все связи со своими живыми родственниками?

— Ты права, — я прищуриваюсь и делаю глоток кофе.

— Я хотела сказать, что нет. Не думаю, что тебе нужно из-за этого мучить себя. — Ник глубоко вздыхает. — Я стала гораздо счастливее. Конечно, сомнения типа «Почему они меня не любят?» никуда не деваются. Но этот вопрос возникает все реже и реже. Наверное, потому что у меня есть все, что мне нужно. — Она пожимает плечами, и на ее губах появляется улыбка. — У меня есть парень, который меня любит. У меня есть самые очаровательные маленькие пушистые малыши. У меня есть ты.

— Ой, — я шутливо шлепаю ее по плечу. — И я тебя люблю.

— У меня есть все, что мне нужно, — повторяет она. — И я счастлива. В глубине души я знаю: если бы родители остались в моей жизни, они по-прежнему были бы источником постоянного стресса. Они бы продолжали заставлять меня сомневаться в себе, подрывая мою самооценку. Они не приносили бы в мою жизнь ничего ценного — даже значимых разговоров. — Она качает головой. — Избавление от этого мертвого груза освобождает. Я чувствую себя совершенно другим человеком. Гораздо более счастливым.

— Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — признаю я, глядя в окно.

Музыка переходит к следующей песне, и Ник наклоняется вперед, чтобы увеличить громкость.

— Мы возвращаемся домой, — она широко улыбается мне. — Нам нужно это отпраздновать.

— Отпразднуем, когда расскажем нашим парням, когда мы вернемся домой. — Я улыбаюсь и достаю свой телефон.

— Нашим парням, — дразнит Ник, и мы обе начинаем хихикать. — Ты должна мне все рассказать.