– Вот еще! – Зоя улыбнулась и резко отвернулась, только косы встрепенулись на спине.

Володя самодовольно посмеялся. Они добрались до купе и зашли внутрь. Зоя устроилась на нижней полке, поджав ноги, пока Володя заталкивал на самую верхнюю чемоданы. Компанию им составили две старушки. Зоя сразу к ним прониклась, вспомнив Калерию Ксенофонтовну. Сердце защемило от тоски.

– Далеко едете, молодые люди? – бабулечка с лицом, словно печеное яблоко, заинтересовано их рассматривала с верхней полки.

– Сначала в Москву, а там пересядем на другой поезд до Кишинева, – сказала Зоя.

Старушка одобрительно поджала губы.

– Небось, недавно поженились? Молоденькая парочка.

– Ага, – Володя вошел в роль, он посмотрел на Зою, как та задержала воздух от возмущения, – такая любовь, что ни минуты не можем друг без друга!

– Как я люблю романтичные истории! – похихикала старушка с верхней полки. – И правильно, семья должна всегда быть вместе. Прямо как мы с Тамрико, – и ткнула пальцем на нижнюю полку.

Близняшка бабушки, второе печеное яблоко, повернулась к ним, присев на нижней полке, а потом посмотрела вверх на сестру:

– И правда, Сулико! Сейчас некоторые безответственные, несерьезные товарищи придумывают всякое сожительство. Звучит хуже, чем любовники. А на вас приятно посмотреть, – нахваливала их старушка.

Володя расплылся в блаженной улыбке и склонил голову на бок, слушая диалог старушек, изредка стреляя глазами в Зою.

Вещи были уложены, Володя засобирался за постельным бельем к проводнику.

– Дорогая, тебе принести стакан с железным подстаканником для чая?

– Будь добр… милый, – Зоя откашлялась.

Он хохотнул и вышел за дверь.

«Вот дурак», – думала она, выкладывая из сумки книгу. Она приняла правила игры, подумав, что ничего преступного в этом не будет, если они поиграют в семейную пару перед старушками и вдоволь потом посмеются над этим. Буран послушно лежал под ногами у Зои, не хотел от нее отходить.

***

– Володя, да ты врун, оказывается! – шутливо ворчала она, волоча ридикюль с вещами.

Они шли по людному перрону, Зоя старалась не упустить друга из вида.

– Давай помогу!.. – он повернулся к ней и взял в свободную руку ее багаж. – Просто ввел старушек в заблуждение, чтоб не причитали, – Володя посмотрел на нее веселым взглядом. Зоя покачала головой, но ее губы дрогнули в улыбке.

– Думаю, надо дать телеграмму Лёньке, что мы в Москве и скоро прибудем в Кишинев. Или можем позвонить из автомата, – предложила Зоя.

– Согласен.

Они отправили уведомление о прибытии и поспешили к платформе, чтобы пересесть на следующий поезд. Зоя шла за Володей, стараясь не смотреть по сторонам. Шум и гам большого города ее пугал. Слова матери, что Зоя ничего не сможет самостоятельно сделать без ее помощи, гремели в голове. Она вспоминала, как мама постоянно за ней все переделывала, демонстрировала ее неспособность что-то выполнить достаточно хорошо. И теперь Зоя раздумывала над тем, что бы она делала тут одна, без Володи, где искала бы нужную платформу и поезд. Она догнала его, сделав несколько быстрых шагов, и подхватила под руку.

– Пристаешь? – он оживился. – Так и скажи, что тебе понравилось играть со мной в молодоженов.

– А вот и нет, – Зоя вздохнула, – просто мне не по себе, я боюсь потеряться в толпе.

Он посмотрел, как краска заливает ее лицо. Она опустила глаза, на щеки от густых черных ресниц полумесяцами падали две тени. Казалось, что ему было жаль, что обе руки заняты сумками, иначе он с удовольствием бы накрыл маленькую ручку своей, чтобы успокоить. Володя смог только прижать ее своим локтем покрепче к себе.

Они подошли к нужному вагону, и пока проводник проверял их билеты, Володя шепнул ей на ухо:

– Как насчет того, чтобы снова прикинуться новой ячейкой общества?

Она посмотрела на него, улыбнулась и пихнула в бок, отчего он шутливо ойкнул. Они зашли в вагон, и их путешествие продолжалось еще сутки.

***

Поездка изрядно их вымотала. Они провели в поезде почти неделю: читали книги, играли в карты, дурачились с Бураном. Володя предлагал сыграть на поцелуй, но Зоя, свернув газету в рулон, треснула ему по голове, последовав примеру Тани.

Поезд прибыл в Кишинев поздно вечером. В телеграмме они просили родственников не встречать их на вокзале, потому плелись в одиночестве по тихой городской улочке к дому родителей Леньки, вдыхая запах сочной зелени и нагретой за день жарким солнцем почвы. Буран бежал впереди, будто знал дорогу.

Когда они добрались до белого каменного дома, на город спустилась томная ночь, в небе зажглись первые яркие звезды. По разноголосью в ограде было понятно, что их ждут. Володя уверенным движением открыл ворота, и они вошли на большой двор, заполненный различными хозяйственными постройками. В одном углу стояла деревянная беседка, обвитая плющом и виноградом. Дождавшись вечерней прохлады, хозяева ужинали и что-то громко обсуждали.