Дети побежали вслед за матерью и облепили счастливого Володю, не хотели его выпускать из детских объятий. Он поднял младшую девочку вверх и посадил на руку.

– Как ты, Надюша? – спросил Володя у ребенка.

– Теперь все хорошо, – прощебетала она. – Золотая рыбка исполнила мое желание!

– Вот и славно! – он поцеловал ее в щеку и поставил на землю.

– Ты приехал в отпуск?

– Да, на несколько недель, – Володя поставил сумки на дорогу и уложил пятерней волосы, растрепавшиеся от ветра, набок.

Женщина с любопытством посмотрела на Зою оценивающим взглядом.

– С невестой?

– С подругой, – поправил он.

– А-а, – протянула она. – В этом году лето жаркое выдалось, успеете позагорать. Вы оба такие бледненькие!

– Мы же с севера приехали, – он всплеснул руками.

– Понятно. Передавай родителям привет. Пойдем мы, много дел. Спасибо тебе, Володенька, еще раз! Золотой наш человечек!

– Думаю, еще увидимся.

Зоя стояла чуть поодаль, но спрашивать об этом разговоре ничего не стала. Он не должен перед ней отчитываться! Если захочет, сам расскажет. Они снова пошли по пыльной дороге. Вдали, на окраине улицы показался приземистый, но крепкий домик из белого кирпича. Дальше улица обрывалась, виднелись бесконечные поля, засаженные какими-то однотипными растениями.

– Вот мой родной дом. У нас все живут просто, без роскоши, – Володя будто оправдывался. – Довольствуются тем, что выросло в саду.

***

Они зашли во двор. На лужайке под деревом айвы дремал седовласый мужчина в белой льняной рубашке, в штанах из той же ткани и в плетеных тапочках. На изогнутых ветвях с тёмно-зелёными, слегка опушенными, войлочными листьями уже виднелись округлые, но пока неспелые плоды.

– Салут! – поприветствовал его Володя, поставив сумки возле ворот.

Отец приоткрыл глаза, не понимая, сон ли это, или сын, и правда, приехал. Мгновение спустя он улыбнулся, протер большой, загорелой ладонью лицо, встал с лежака и пошел потихоньку им навстречу.

– Володя! Надо было телеграмму дать, что пораньше приедешь! Вот мать обрадуется! – запричитал он. – Зинаида! – крикнул он в сторону открытого окна на кухне. – Беги сюда, Володька приехал!

– Да еще не один! – охнула мать, выбегая из сеней, – с невестой!

– Это Зоя, моя подруга, – уточнил он, делая за ее спиной большие глаза, чтобы родители не смущали ее, – она из Тобольска, приехала в гости к подруге. У нас были места рядом в купе. Предложил показать ей нашу винодельню. Она никогда раньше такого не видела. Может, и остановится пока у нас, у Ермиловых полна коробочка.

– Конечно! Мы всегда рады гостям, – уверяла мама Володи.

– Здравствуйте! Как у вас тут красиво! Никогда не видела, как растут фрукты на деревьях!

– Вот тебе на! – удивилась Зинаида, – у нас тут и айва, и арбузы, дыни, персики, черешня. Мы тебе все покажем. Проходите-проходите, сейчас обедать будем.

Пока мать хлопотала на летней кухне, Николай Петрович провел гостью в дом, Володя следовал за ними. В его детской комнате Зоя обратила внимание на семейную фотографию в рамке, где Володя был изображен с женой и ребенком. «Так он еще и женат? Или был женат? Супруга ушла, потому что у него много поклонниц, которые так и виснут на нем?» – Зоя посмотрела на него, но он молчаливо отвел взгляд, заметив вопрос в ее глазах.

Хозяин дома пригласил их посетить виноградники, и они снова вышли из приятной прохлады в духоту июльского дня. Посадки начинались у южной стены дома и тянулись далеко вперед. Деревянистые лианы винограда обвивали воткнутые в землю опоры и натянутую между ними проволоку.

– Я только отсюда, с самого утра обрезал лишнюю зелень и усы, чтобы растения правильно развивались. Притомился. Уснул в тени дерева, а тут вы! – Николай Петрович довольно крякнул. Он прислонил ладонь ко лбу и посмотрел вдаль. – Работы еще много!

Втроем они шли по протоптанным дорожкам между стройными рядами посадок. На кустах уже виднелись ягоды.

– В этом ряду у меня растет Алиготе, дальше Мускат, Шардонне, Савиньон, Каберне, Мерло и Пино Нуар. Ягоды уже есть, но пока кислые, в них еще мало сахаров, – будто для подтверждения он сорвал ягоду, надкусил и скривил лицо.

Они шли все дальше, виноградники казались бесконечными. Сочная зелень шелестела от редкого теплого ветра. Где-то вдалеке стрекотали кузнечики. Зоя думала, что она легко может затеряться здесь в своем зеленом сарафанчике. Впереди идущий Николай Петрович тихо рассказывал о различии сортов. Володя положил Зое ладонь на небольшой вырез сарафана на спине, поглаживал теплую кожу одним пальцем и улыбался. Ей было неловко. Некоторое время она оставалась серьезной, у нее появилось много вопросов к нему в последние дни. Но потом она вспомнила, что и сама не до конца честна с ним, раз не рассказала настоящую цель визита в Кишинев, поэтому смягчилась, уголки ее губ приподнялись в легкой, смущенной улыбке.