И в этот же день подал прошение императору.

Настроение у императора было отличное, в Москов-град вернулся барон Виленский, которого император прочил на главу государственного совета.

Взглянув на бумагу, поданную ему Морозовым, император усмехнулся и спросил:

- Вот не ожидал от вас Якоб Александрович, невеста ваша?

Морозов заметил, как появился интерес на лицах коллег, а прошение он подал после совещания, устроенного императором, так что пока в кабинете императора находились все, никто не расходился.

И Шувалов и Забела, и даже Виленский, которого Морозов не видел долгих пять лет, все заинтересованно смотрели на него, ожидая что он ответит.

- Просьба старого товарища, Ваше Величество, - ответил Якоб, - вместе под Ханиданом воевали.

- А он что же просит? Жениться надумал?

Шувалов тут же вмешался:

- А это ли не дочь купца Фадеева Ивана Григорьевича?

Морозов кивнул.

- Не она ли вышла совсем недавно замуж за банкира Воробьева? - снова задал вопрос Шувалов.

- Венчались они? - спросил император.

Морозов кивнул.

И император Александр сказал:

- Тогда Якоб Александрович, подписать прошение я подпишу, коли вы просите, но для церковного одобрения потребуется согласие супруга вашей протеже.

***

Вера

Граф Морозов уехал, забрав с собой подготовленное поверенным прошение к императору, а Вера всё ещё переживала, что чуть было не осталась одна. А ведь был момент, когда граф чуть было не встал и не ушёл. До сих пор было страшно.

Любопытно, что пока уговаривала его всё казалось, что не то говорит, и не так, а потом словно нашептал кто, что защиты просить надо.

Вот есть мужчины в них силён защитник, им надо кого-то защищать, они не могут без этого, и Вера почувствовала, как эти два слова, будто заклинание разбудили в нём эту потребность.

Граф после долго говорил с Рощиным, выключив Веру из разговора, но она потом всё вытрясла из Ильи.

Илья рассказал, что граф пообещал прислать охрану из тайной канцелярии. И в дом, и на похороны. Конечно, говорить люди будут, куда же без этого, но пока у Веры траур сильных сплетен не пойдёт. С Рощиным договорились, что утром даст он объявление в газеты, где будет отпевание проходить и похороны. В дом решили никого не пускать. Потому как Вера не была ни в ком уверена.

Сейчас, самым главным было продержаться до того, как император прошение подпишет.

Рощин Вере ещё рассказал, что к Воробьёву у тайной канцелярии есть вопросы. Но без подробностей. Вера вспомнила, как подозрительно смотрел граф Морозов, да она бы и рада помочь, да вот только, что она там на хуторе видела, кое-что правда слышала, да эти отдельные фразы к делу не привяжешь.

Дни до похорон пролетели быстро, чёрное платье Вера купила с помощью Домны Афанасьевны, сама из дома не выходила.

Банкир Воробьёв примчался, не успели объявление дать. Будто бы нарочно отслеживал, да вот только на воротах уже люди в чёрном стояли. И банкира в дом к тестю не пустили.

Приехав на похороны, Вера поняла, что Воробьёв не знал, что она в столице. Вера сидела у гроба отца, окружённая со всех сторон охраной.

На лице у неё была чёрная вуаль, и сквозь неё она видела каким жутким удивлением загорелись глаза Воробьёва и сжалась вся.

Но граф Морозов слов на ветер не бросал, Воробьёва к Вере не пропустили, а за буйное поведение в храме ещё и выставили, пригрозив отправить в полицию.

Вернувшись домой после похорон, Вера получила письмо от графа Морозова, в котором было написано, что прошение император подписал, но, чтобы развестись ей нужно получить согласие от мужа.

Глава 19

Вера

«Вот и всё,- подумала Вера, - круг замкнулся».

Она только что приехала с похорон, всё так же в окружении охраны, предоставленной графом Морозовым, и подумала о том, что помимо поверенного ей нужен ещё законник, который сможет ей объяснить, какие права есть у супруга и не придёт ли он к ней в дом с исправниками (так здесь полицейских называли, тех кто в городе за порядком присматривал).

Вера была благодарна графу Морозову, но ей казалось недостаточным то, что он сделал. И это было нормально, она ещё в прошлой совей жизни столкнулась с тем, что даже лучшие и умные мужчины, недостаточно гибко оценивают ситуацию. Это не хорошо, но и не плохо, может мужской мозг так устроен, что они напрочь не видят «кривых ходов», именно поэтому Вера в прошлой жизни и была так успешна, потому что инвестировала в то, что мужчинам казалось убыточным. И сейчас она собиралась инвестировать в свою жизнь. Ей нужна была такая безопасность, чтобы ни у кого даже мысли не возникло, что её можно к чему-либо принудить.

И Рощин поехал за законником.

Законником купца Фадеева оказался неприятного вида человек неопределённого возраста. Вера удивлённо посмотрела на Рощина.

«Неужели Иван Григорьевич мог иметь дела с таким человеком?»