Дорогие читатели, завтра беру выходной. Но чтобы вам было нескучно в ожидании продолжения, приглашаю вас в свой ТГ-канал (найти его можно во вкладке «Обо мне»). Там я публикую спойлеры, новости из книг и другую интересную информацию. Сейчас мы выбираем визуал Магнара. Заглядывайте)

Глава 4

Илина

Ревела я долго. Потеряла счет времени, так и лежала на огромной, чужой кровати, уткнувшись в подушку и без остановки лила слезы. Платье, порванное его рукой, жалко сбилось, оголяя плечо, но мне было все равно.

За массивной дверью слышались шорохи, приглушенные голоса, чья-то торопливая беготня, но звуки долетали словно сквозь толщу воды. Да и какое мне было дело до них? Меня все равно не выпустят. Если только отведут в темницу ждать своей участи.

На что я надеялась? Что смогу убить себя? Что гордо смогу вонзить кинжал, пропитанный черной магией себе в сердце? Изначально понимала, что храбрости не хватит, но думала об этом до последнего.

В итоге я жива, до сих пор нетронута и… с меткой истинности, которая связала меня с моим злейшим врагом.

Правое предплечье жгло так, словно под кожу залили расплавленный свинец. Я чувствовала эту вязь всем своим естеством, ощущала пульсацию чужой магии, смешивающейся с моей кровью, и не могла поверить, что это не дурной сон.

Как? Почему? Почему именно я?

Судьба и Драконы-прародители не могли быть настолько жестоки. Связать меня узами истинности с тем, кто ненавидит меня просто за факт существования. С тем, кто поклялся уничтожить мой род до основания. Но метка не была поддельной, ведь на его руке был такой же знак.

Он обвинил меня в запретном колдовстве, но… может, Магнар сам что-то сделал? Какой-то извращенный ритуал привязки, чтобы иметь больше прав на меня? Вряд ли. Я видела ужас в его глазах. Он был ошеломлен не меньше, а значит, это все реально.

Тук-тук.

Тихий, осторожный стук прервал мои мысли и всхлипы. Дверь приоткрылась, и в щель просунулась седая голова. Это был дворецкий — пожилой, худой мужчина с безупречной осанкой, но с глазами, в которых плескался страх. Он старательно отводил взгляд от меня делая вид, что пушистый ковер ему гораздо интереснее.

— Миледи… — тихо позвал он. — Мне приказано сопроводить вас в ваши покои.

Я села на кровати, все еще всхлипывая и судорожно натягивая простыню, чтобы прикрыть разорванный лиф и чернеющую метку на плече. Заплаканными, опухшими глазами я уставилась на слугу.

— Куда сопроводить? — прохрипела я. — В темницу?

— В покои, миледи, — терпеливо повторил он, всё так же глядя в пол. — Его Светлость приказал разместить вас в гостевой комнате. Не переживайте, здесь недалеко. Она соседняя.

Я замерла в замешательстве. Он не выгнал меня? Не приказал добить, как бракованную вещь? Не запер в подвале? Странно, но, скорее всего, просто решил вернуться к тому, что начал позже. Такие как Магнар всегда доделывают начатое до конца.

Осторожно, путаясь в тяжелых юбках, я сползла с кровати. Ноги дрожали, но я заставила себя выпрямиться. Придерживая ткань на груди, я пошла за дворецким надеясь, что хотя бы здесь, в этом мрачном замке, не будет толпы зевак в коридоре.

Коридор действительно был практически пуст, там стояли лишь неподвижный, как статуя страж в черных латах, который смотрел поверх моей головы, словно меня не существовало. А рядом жались к стене две служанки с низко опущенными головами: одна совсем пожилая, в строгом чепце, вторая молоденькая, чуть старше меня самой, с россыпью веснушек на носу.

Я, пошатываясь от слабости, пошла за дворецким. Путь действительно оказался недолгим — соседняя дверь. Видимо, чтобы Магнару не пришлось далеко ходить за своим трофеем, когда он решит… закончить начатое.

Дворецкий распахнул передо мной двери, и я замерла на пороге.

Комната оказалась такой же огромной, как у дракона, но разительно отличалась от его мрачной берлоги. Здесь царили светлые тона — кремовый, золотистый, нежно-голубой. Большая кровать под невесомым светлым балдахином манила уютом. Тяжелые бархатные портьеры на высоких окнах были надежно задернуты, отсекая ночную тьму и метель, бушующую снаружи. В камине весело трещал огонь, распространяя по комнате живое, ласковое тепло. Пушистый светлый ковер тут же утопил в себе мои туфельки.

На небольшом круглом столике у кресла стоял поднос: небольшая тарелка, накрытая серебряной крышкой, и графин с водой.

При виде графина я вспыхнула, вспомнив, как разбила точно такой же в комнате дракона. Стало стыдно. А следом желудок скрутило спазмом — я не ела уже больше суток.

Дворецкий прошел вглубь комнаты, указывая рукой на неприметную дверь.

— Здесь гардеробная, миледи, — он запнулся, понимая, что вешать мне туда нечего. — А там — ванная комната. Купальня наполнена, вода горячая. Все принадлежности на месте.

Он говорил четко, по делу, но с опаской, словно ожидал, что я тоже начну швыряться мебелью или насылать проклятия.