Рассказываю про ту драку, которая стала отправной точкой нашей разлуки. О том, как я узнал, что один из покалеченных мной нападавших – сынок прокурора и мне четко дали понять, что я сгнию в тюрьме. И о том, как я в отчаянии принял решение дать возможность Ире жить свою жизнь без меня и подыхал, когда холодно сообщал ей о том, что якобы люблю другую.

Рассказываю, что женился, чтобы попробовать получить УДО. Да, фиктивный брак мог сыграть в мою пользу и свою “жену” я видел всего три раза: два, когда женились и один, когда разводились.

Рассказываю про тюрьму, про море, про то, как ждал от Ириски хотя бы простого лайка под видео. Про то, как переживал за нее и за Соню. А потом Ира просит показать ей море и мы вместе смотрим фотографии и видео из моего архива.

– А где то видео, с касатками? – смотрит на меня Ира.

– Какое? – хмурюсь, пытаясь вспомнить.

– Которое ты Арине пересылал. – пытается помочь она.

– А, это не я. Это Сеня ей пересылал. – отмахиваюсь.

– Какой Сеня? – уточняет Ириска, а я прикусываю язык, потому что это не мой секрет.

– Так мы же с другом канал вели. Потом я перешел на другую должность и перестал участвовать в съемках, а когда ушел из моря, оставил канал ему.

– То есть, ты уже давно не снимал ничего?

– Давно, – соглашаюсь.

– А я подумала, что Арина мне врет и вы с ней общаетесь и цветы ты присылаешь ей, – смущенно уткнувшись мне в плечо, глухо стонет Ира. – Обижалась на нее, что она скрывает это от меня.

– Я никогда бы не поступил так с тобой, – облегченно усмехаюсь. – Но, с Аринкой можно в разведку, да.

– А кольцо ты ей от Сени, я так понимаю, привез? – поднимает Ира голову и пристально смотрит мне в глаза.

Вздохнув, киваю. Ну, что уж теперь отнекиваться, когда она обо всем догадалась?

– Кошмар! Это же надо так выпасть из реальности, что не заметить, как сестра тайком собралась замуж! – возмущается Ира, а я снова притягиваю ее к себе и сжимаю в объятиях.

– Все исправим. – шепчу с улыбкой. – Расскажи мне теперь о том, как ты жила без меня.

– Не хочу, – напрягается Ира.

– Пожалуйста. – прошу.

Ира обреченно вздыхает, замолкает на секунду, будто обдумывая, с чего бы начать рассказ, и вдруг прижимается ко мне крепче и начинает горько рыдать.

19. Раны

– Ира, – мой голос вибрирует, потому что меня самого будто накрывает волной боли, что вырывается вместе с ее громкими всхлипами.

Я буквально кожей чувствую то отчаяние, те страдания, что переживала Ириска все наши годы разлуки. И я осознаю в этом свою вину. Ведь, если бы я не бросил ее тогда, если бы был чуть аккуратнее в своих поступках, а не действовал на эмоциях, возможно, на ее душе не было бы сейчас столько ран.

Прижимаю Иру к себе как можно крепче. Сжимаю ее хрупкое тело, накрываю ладонями, пытаясь укрыть от всего мира в своих объятиях и дать ей то чувство защиты, которого у нее давно уже не было.

– Он тебя бил? – уточняю коротко, потому что сама Ира сейчас говорить не в состоянии.

Закрываю глаза, ожидая ответа, и начинаю дышать медленнее, чтобы спокойнее пережить ее ответ. Потому что если бил…

Я готов сейчас воевать со всем миром, отбивая Ириску из липких лап прошлого, но я не уверен, что ей это нужно. То, что я сорвусь воспитывать отца ее ребенка не поможет ей избавиться от воспоминаний. Я отдаю себе отчет, что, чтобы мою малышку отпустило, мне просто нужно быть рядом.

– Нет, – всхлипывает.

– Я обещаю, что не трону его, – выдыхаю. – Зачем ты его защищаешь?

– Я защищаю тебя, – повышает Ира голос и, приподняв голову, сердито смотрит на меня.

– Расскажи мне все и ничего не скрывай, – прошу шепотом и убираю выбившуюся прядь волос Ире за ухо. – Я просто хочу знать.

– Я умирала без тебя, Паш, – помолчав, вздыхает Ириска, вскрывая мне наживую внутренности, потому что я понимаю, что главная ее боль – это я. – Я ждала тебя. Ждала, что ты одумаешься. Позвонишь, напишешь. Сначала виделась с нашими общими друзьями, в надежде увидеть тебя с другой. Убить в себе все окончательно. Потом узнала про тюрьму. Случайно, нам же с Ариной ничего не рассказывали. И снова ждала, надеясь, что твоя новая любовь тебя бросит и ты вернешься. Я тебя так любила, что простила бы, несмотря ни на что. А потом Андрей рассказал, что ты женился.

– Сука, – вырывается само собой, а кулаки сжимаются. Андрей был моим другом и прекрасно знал про фиктивный брак.

Тюрьма лишила меня всего: родных, друзей, любимой женщины. Я будто умер для всех. И только ради Иры я это сделал добровольно. Все остальные отвернулись сами. Ну, почти все. Остались те люди, с которыми я даже и близко-то не общался. Но именно от них получил поддержку, как бы удивительно это не звучало. Однако, предательство близких я простить так и не смог и после освобождения налаживать общение с бывшими лучшими друзьями не стал.

– Извини, что перебил. А дальше?