Скольжу между влажными губками быстрее, откидывая растаявшую в моих руках Ириску на свое плечо. Свободной рукой развожу полы халата на ее груди и сминаю горячую вершинку, неторопливо сжимая соски. Ира хмурит брови, прислушиваясь к своим ощущениям, оборачивается и смотрит мне в глаза затуманенным взглядом. Тянусь к ее губам поцелуями. Она отвечает, то и дело вздрагивая и ахая мне в рот.

– Думала обо мне все эти годы? – шепчу, притормаживая, желая растянуть сладкое мучение своей жертвы.

– Да, – как пьяная шепчет Ира, упираясь мысочками в пол и нетерпеливо толкая бедра навстречу моим пальцам.

– А когда ласкала себя, представляла меня? – шиплю от возбуждения и ускоряюсь.

– Да, – морщится Ира, не в силах сдерживаться.

– Хочешь жить на маяке? – усмехаюсь, целуя и покусывая ее шею.

– Да, – стонет.

– А с медведями?

– Да.

Сжимаю ее в объятиях, потому что ее трясет от конвульсий. Ловлю губами жадные, голодные стоны, выпиваю до капли оргазм Ириски.

Медленно целуемся пока она успокаивается.

– Про дом в дачном поселке уже не спрашиваю, – усмехаюсь ей в губы.

– Я за тобой хоть на край света пойду, – обещает Ира глядя на меня так, что я понимаю: пойдет, и я просто не имею права ее подвести. – Но маме через два часа на работу. Мне нужно домой.

– Я знаю, – улыбаюсь и трусь щекой о ее руку. – Мне тоже надо поработать немного. А потом я приеду к вам, если ты не против.

– Не против, – доверчиво прижимается ко мне Ириска.

– Это хорошо, потому что даже если бы ты была против, я бы все равно приехал.

– Да я уже поняла, – усмехается она покорно, за что получает легкий шлепок по ягодице и смеется.

Покачиваю ее как ребенка и не хочу уезжать отсюда, не хочу оставлять Иру одну ни на минуту, но понимаю, что это нереально. Однако, у меня есть какой-то навязчивый страх, что, как только мы расстанемся, снова случится что-то, что разлучит нас на всю жизнь. А я не то, что на жизнь, я даже на год, даже на день второй раз не переживу. Потому что я и в первый-то чуть не сдох.

Час спустя мы подъезжаем к ее дому. Я останавливаю машину, но не глушу мотор.

– Ты во сколько приедешь? – уточняет Ира и тянется за поцелуем.

– У меня осмотр помещений под новую точку. Буквально часа три-четыре и я вернусь, – обещаю.

– Я буду тебя ждать, – ласково шепчет она, а для меня эти слова не менее ценны, чем признания в любви. Потому что она единственная, кто меня ждал. Я только благодаря ее любви и вере и выжил.

Коротко целуемся на прощание, и я нехотя отпускаю Иру. Наблюдаю, как она скрывается в подъезде, и только тогда трогаюсь с места.

Мотаюсь по всему городу на осмотры. Все потенциальные точки расположены в разных сторонах города. Везде есть нюансы, поэтому уходит много времени. Что обиднее – ни одна не устраивает до конца, а мне очень хотелось побыстрее расшириться, пока “поперло”.

Запрыгнув в машину, быстро ищу еще объявления по ближайшим адресам. Добавляю в избранное парочку подходящих. Звоню первому арендодателю. Пока разговариваем с ним, слышу сигналы о том, что кто-то звонит по второй линии. Бросаю взгляд на экран – Ира.

Сбрасываю ее вызов и, продолжая обсуждать условия с собеседником, переключившись на громкую связь, быстро набираю ей сообщение, что перезвоню через пять минут.

Не успеваю отправить, как снова повторяется ее вызов.

– Извините, я перезвоню, – торопливо выдыхаю в трубку и сбрасываю звонок, тут же переключаясь на Иру, потому что в душе зарождается неясная тревога. Мне эту тревожность придется, наверное, с врачами прорабатывать.

– Соскучилась, солнышко? – улыбаюсь, откидываясь на сиденье.

– Паш, ты скоро приедешь? – уточняет Ира таким загробным голосом, что я понимаю, что что-то произошло.

– Что случилось? – тут же напрягаюсь и, забывая про все на свете, выруливаю на дорогу.

– Глеб забрал Соню, – могу разобрать единственную фразу, а потом кровь, резко зашумевшая в ушах, смешивается с горькими рыданиями моей женщины, оглушая и заставляя втопить газ.

21. Не бойся

Глеб позвонил достаточно рано, обычно если он и брал Соню, то ближе к обеду, а тут сказал, что заедет в девять. На вопрос, почему забирает сегодня, ведь планировал через неделю, сквозь зубы поделился тем, что свекровь кладут в больницу на обследование и она хочет повидаться с внучкой перед отъездом.

Я знала, что у мамы бывшего мужа проблемы со здоровьем. Мы с ней всегда были в неплохих отношениях, она очень помогла мне, когда Соне требовалось лечение, и деньгами, и просто добрым словом. А потом выяснилось, что у нее онкология. Мы много разговаривали на эту тему, я старалась ее поддержать, потому что Глебу с его пьянками было будто бы плевать, но со временем она отдалилась.

Глеб стал меньше пить, и я понадеялась, что их отношения просто наладились и она больше не нуждается в моем участии. С Соней она тоже стала общаться гораздо меньше, но я списывала это на пошатнувшееся здоровье. А мы с ней стали просто поздравлять друг друга на праздники короткими стандартными сообщениями.