Киваю, как послушная кукла. Он же этого от меня хочет.

— Тебе не нравится еда? — уже мягче спрашивает он, отпивая глоток кофе.

— Нравится. Я просто не голодна.

— Голод – это не только физиология, Птичка. Это ещё и желание. Желание жить, пробовать новое. Тебе стоит с этим поработать, — его взгляд скользит по моему лицу. — Иначе твоё пребывание здесь лишится для тебя всякого смысла. А я не хочу красивый безвольный труп.

Сжимаю под столом пальцы. Слова Мастера всегда попадают точно в цель.

— Я требую участия. Пассивность – тоже сопротивление. Ты здесь, чтобы жить. По моим правилам, разумеется. Но жить новой жизнью. Мне не нужна сломанная кукла. Мне нужна та, которая научится меня принимать и научится наслаждаться жизнью в Эдеме. Ты должна хотеть того, чего хочу я, наслаждаться тем, что я даю. Уметь улавливать мои эмоции по взгляду, читать между строк и смотреть гораздо глубже, — почти гипнотизирующим голосом произносит мужчина, давая свои установки. Правила, по которым я должна играть. И самое страшное, что я верю Мастеру. В конце концов, он меня переформатирует и слепит для себя марионетку, в которую будет играть.

Что со мной станет, когда этот монстр наиграется?

— Начнём с малого, Птичка. Выбери книгу, — кивает мне на полки с множеством литературы. — Не первое, что попадётся, не наугад, а то, что тебе действительно интересно.

— Зачем?

— Не нужно анализировать и искать подвох. Просто выбери книгу. Сейчас! — велит он мне, взмахивая рукой и продолжая пить кофе.

Поднимаюсь из кресла, подхожу к полкам. Глаза разбегаются.

А если мне ничего не интересно? Как с этим быть? Я правда стараюсь за что-то зацепиться и проявить хоть какой-то интерес.

— Я могу выбрать за тебя, — произносит Мастер, смотря на моё замешательство. — Ты правда хочешь, чтобы я всё решал за тебя, не оставляя тебе выбора?

— Нет, не хочу, — начинаю злиться. Он такой умелый манипулятор. Как тонко этот мужчина жонглирует словами и психологически давит. Уже внимательнее осматриваю книги и выбираю Экзюпери «Маленького принца». Давно хотела прочитать эту книгу, всё не находила времени.

— Прекрасный выбор. Философская сказка, — одобрительно кивает Мастер.

Он встаёт из-за стола и садится на диван у окна. Наблюдаю, как мужчина берёт пару подушек с дивана и кидает их у своих ног.

— Иди сюда, — подзывает меня.

Подхожу ближе с книгой в руках.

— Располагайся, — кивает мне на подушки у своих ног.

Когда он сравнивал меня с собакой, я полагала, что это для лучшего понимания моей природы, но нет, оказалось всё намного банальнее. Я ничем не лучше его пса.

Делаю глубокий вдох и медленно опускаюсь на подушки, расправляя подол платья, закрывая ноги.

— Открывай книгу и читай вслух. Я не поклонник этого произведения, читал ещё в детстве. Но мне интересно твоё восприятие. Обсудим по ходу чтения, — так просто произносит он, словно мы в литературном кружке. — Читай, Птичка моя, — выдыхает Мастер, откидывая голову на спинку дивана.

Открываю книгу, листаю страницы и замираю, когда чувствую, как он срывает заколку с моей головы. Мужская рука зарывается в мои волосы, начиная их перебирать.

— Читай!

Глава 6

Яна

Прошла несколько дней с тех пор, как я оказалась в новой реальности. Всего семь дней, но они показались вечностью. Каждый новый день был похож на предыдущий: одно и то же расписание, одни и те же действия. Словно замкнутый круг, из которого нет выхода.

Сон больше не был уходом от реальности, но он оставался моим единственным личным пространством, где Мастер не властен. Я засыпала, уткнувшись в холодный шёлк подушек, и почти каждую ночь вздрагивала и просыпалась от кошмаров. Ирония была в том, что кошмар происходил наяву, а во сне меня ждали мама, сестрёнки, смех подруги и моя прошлая беззаботная жизнь, которой, вероятно, больше не будет.

За эту неделю я усвоила одну вещь: Мастер педантичный любитель ритуалов. Каждое утро мне приносят новый скромный наряд, всегда платье в пол и балетки. Мастер провожает меня на завтрак, и я учусь есть под его пристальным вниманием. Затем наступает время чтения. Он садится в своё кресло, а я устраиваюсь у его ног. Сначала я читала монотонно, сквозь зубы, через силу складывая буквы в слова. Его рука постоянно перебирала мои волосы. Нет, эти прикосновения не были грубыми и жёсткими. Они были аккуратными, почти нежными. Он играл с прядями, иногда наклоняясь, чтобы вдохнуть их запах. Но для меня это было невыносимо. Я не могла вникнуть в текст, все мои ощущения сосредотачивались на его ладони. Я постоянно ждала удара, грубости, боли… Но этого не происходило. К третьему дню я привыкла и стала понимать текст. Возможно, мой разум защищался, переключая внимание на книгу.