Глава 1

Яна

Голова кружится от страха и паники, сердце заходится в истерике, а разум вопит: «Беги!». Но я иду в неизвестность под конвоем бездушных слуг.

За мной пришли и приказали следовать за ними. Я не знаю, куда меня ведут и зачем. В голове только один вопрос: почему именно я? И почему я одна? Без новой фазы игры, без других игроков.

В этом месте невозможно расслабиться и почувствовать себя в безопасности. Мы все здесь узники одного психа, который возомнил себя богом. Точнее, дьяволом. Кукловодом, который дёргает нас за ниточки, управляя нашими страхами. И у него это прекрасно получается. Я напугана настолько, что не чувствую ног.

Сглатываю, когда мужчины в костюмах с пластиковыми, безэмоциональными лицами распахивают передо мной массивную чёрную дверь. Они не следуют за мной, а лишь приглашают войти взмахом руки.

Боже. Неужели это мой конец?

Так быстро?

Без игры и правил?

Что я сделала не так?

— Иди! — металлическим голосом приказывает мужчина.

Моя подруга, которую, так же как и меня, заточили в этом изысканном аду, предпочитает называть этих людей лакеями. Меня подталкивают вперёд, и дверь запирается. Лакеи остаются по ту сторону, а я оказываюсь в большой комнате без окон. Стены отделаны под тёмное дерево. В центре — круглый стол с массивной мраморной столешницей и кресла с высокими спинками, обитые бордовым бархатом. Огромный камин, облицованный декоративным камнем. И он настоящий: в нём потрескивает огонь и пахнет дымом. Правая стена — сплошной стеллаж с книгами, левая — нечто вроде зоны отдыха с диваном и низким столом, на котором стоит шахматная доска с золотыми и серебряными фигурами.

Не похоже на пыточную или тюрьму. Но чувствую я себя в этой шикарной комнате именно так.

Стою у двери и не решаюсь войти, потому что до сих пор не понимаю, зачем я здесь. Бояться рядом с такими же испуганными людьми гораздо легче, чем одной.

Отвлекаюсь на абстрактные картины с изображением белых, бордовых и золотых брызг, как вдруг замечаю движение справа.

— А-а-а! — вжимаюсь в дверь.

На меня бежит огромная чёрная собака со страшной морщинистой мордой. Она действительно большая, больше меня. Пес замирает в метре от меня и начинает принюхиваться. А мне кажется, я сейчас потеряю сознание от страха. Вообще я не боюсь собак, я их люблю. Но в Эдеме — как называет это место главный псих, который нас удерживает, я пугаюсь даже собственного отражения.

— Тор! Как некрасиво пугать нашу гостью, — из небольшой арочной двери появляется мужчина.

Я его не знаю и никогда не видела.

— Фу, Тор! Место! — приказывает он псу.

Собака тут же ретируется, убегает к креслу и ложится на пол, насторожив уши.

— Не бойся, птичка моя. Мой пёс не нападает без команды. Он просто любопытный, — успокаивает меня мужчина доброжелательным голосом.

Внешне он мне незнаком. Но голос…

Я узнаю его из тысячи. Ибо этот голос означает смерть. Это Мастер. Главный демон Эдема. Тот, кто через динамики, не показывая лица, играет нами. Тот, кто удерживает нас здесь силой. Настоящий псих и маньяк, к которому мы случайно попали, и, кажется, уже никто не уйдёт от него живым. И этот огромный грозный пёс — всего лишь пушистик по сравнению с Мастером. Он может сладко говорить, изящно жонглировать словами, но всё это маска, за которой скрывается псих.

— Ну же, птичка моя! Выдохни. Здесь тебе ничего не грозит, — бархатным, немного хрипловатым голосом произносит Мастер.

Он делает шаг ко мне. А я пытаюсь слиться с дверью, вжимаясь в неё ещё сильнее. Мужчина протягивает руку, а я не спешу её принять.

— Птичка моя, мне понятен твой страх. Но поверь, сегодня он безоснователен.

Птичка…

Это он дал мне эту нелепую кличку, как и всем остальным игрокам. Мне хочется крикнуть ему в лицо, что я Яна.

— Дай мне руку, — настаивает он. Голос по-прежнему спокойный, но в нём уже звучат металлические, приказные ноты.

И я протягиваю этому психу ладонь — мокрую и холодную от страха. Его огромная мужская рука сжимает мою, и она горячая. Он настоящий. От страха я представляла Мастера старым уродливым карликом. Но нет. Ничего подобного.

Он высокий, внушительный мужчина спортивного телосложения. Брюнет со стильной причёской, аккуратной щетиной и серыми пронзительными глазами, яркими, словно сталь. Ему лет сорок, может, чуть больше. Холёный, в чёрных брюках и белой рубашке с воротником стойкой. Если бы я не знала, кто он, и не испытала все ужасы этого места по его воле, то сочла бы его по-мужски привлекательным и харизматичным. Суровая мужская красота. И главное — он человек, не монстр, каким казался. Господи, как обманчива внешность.

Мастер мягко сжимает мою ладонь и прикрывает глаза, словно наслаждаясь.

— Я мечтал прикоснуться к тебе, Птичка, — тихо произносит он и тянет меня к себе.