— Ах ты мелкая... — прошептала Силандри, точно также не заметившая приближение Насмешки, что сейчас как раз отчётливо насмехалась над оппоненткой. — Если бы не твоя ценность для... Ладно, не буду опускаться до банальных и избитых угроз. Наслушалась их от друкхари. С корабельниками и даже экзодитами иметь дела проще. Эти отбросы... Поверить не могу, что мы отдаляем их конец.

— Там где добро есть, зло быть должно. — развёл я руками, говоря уяснённую в этой жизни истину. — Иначе первое превратится в последнее, а последнее станет казаться первым.

— И то верно. — я был уверен, что под своим стеклом Ходящая по Покрову поморщилась. — Истина проста, но отчего ж неприятна столь?

— Ответы на это нам самим найти предстоит. — с таинственной ухмылочкой развожу руками. — Но нам стоит перейти к первому акту спектакля, о Теневидица славная.

— Какой же из меня тогда шут, коль он лорду своему не подчинится? — тем же тоном отозвалась эльдарка. — Пойдёмте. Скоро наступит новый акт, и ввод новых актёров будет сносен в сей момент...

...Некоторое время мы наблюдали за тем, как гемункул разругивается с лидерами Кабалов, прикрывающихся красивыми словами, но всё же абсолютно жестоких в своей меритократии и социал-дарвинизме групп бандитов, чью структуру мы когда-то приводили к власти с Асдрубаэлем Вектом во главе.

Гемункулы правы — такая структура пожирает самого себя, а Тёмный Город умирает.

Он был обречён — и в силах Арлекинов лишь использовать его финальный акт и эпилог себе на пользу... Кхм... В общем, старое доброе эльдарское — используй, запутывай и обманывай. Но весь негативный момент подобного разбивается о тот факт, что иные в этой вселенной делают ровно то же самое, что глупые порой имперцы понять не могут, искренне считая себя лучше остальных.

Но в этой вселенной таковых просто нет.

Кроме Сангвиния. Этот сынок маминой подруги умудряется даже в такой вселенной быть лучше остальных... Во всех смыслах.

***

Силандри устроила разговор наедине.

— Тихо, Олеандр. Ничего не говори этому существу. — проговорил гемункул Гексахир, с нотками отвращения взирая на Силандри.

Олеандром же был космодесатник, кажется, из Детей Императора. Но точно понять было нельзя — сейчас он выглядел как раз со стальной маской, что извращенным образом причиняла ему боль. Н-да, древние скульпторы плоти были как всегда жестоки. Менгеле в их среде считался бы неразумным учеником, но в отличии от древних людей, что делили одну расу на разные группы — что уже смешно, гемункулы относились ко всем своим собратьям по расе одинаково.

— Значит, существу, а, Господин Ножей? Какая грубость! — тем временем возмутилась находящаяся на свету Силандри. — И это после всего, что я сделала тебе в помощь, Гексахир Ультилиад!

Гемункул прямо на наших глаза помертвел — застыл, не в силах поверить в сказанное. Наша же знакомая только рассмеялась:

— Да, я знаю, как тебя звали. Кем ты был до падения империи и долгого уединения в Комморре. — прошептала она, испытывая небывалое довольство от возможности ткнуть такое же древнее существо в гумус. Напоминанием о том, что всемогущий гемункул был когда-то обычным художником. — Простой художник. Малеватель портретов для прохожих. Даже не очень известный. А посмотри на себя сейчас!.. — вскинула она ладони в разные стороны.

Сам Гексахир доказал, что не зря является лидером одной из групп самых отбитых аэльдари в галактике — тут же взял себя в руки и выпрямился:

— Да, посмотри на меня. Кем бы я ни был, теперь я глава Тринадцати Шрамов. А ты для меня — ничто, клоунишка. — он ткнул в ее сторону когтистым пальцем, давно искаженным многочисленными улучшениями и изменениями. — Ты помогла мне, это правда, но сделала это ради собственных целей. Зачем ты пришла?

— Чтобы персонажей новых в сцену внести. — повела она руками, и взмахнула посохом, который сформировал неотличимую от реальности иллюзию. Даже для гемункула.

Иллюзию огромного плаща фокусника, который быстро опал, являя наши с напарницей фигуры.

— Ох... — всё-таки расширил глаза гемункул, пройдясь по нам взглядом. — Неожиданно... Это я могу признать.

— Приветствую тебя, Ножей Господин и Плоти Повелитель. — шагнул я вперёд, претенциозно поклонившись. — Актёра нового приветствуй, в роль свою вступающего...

***

Там же.

Тогда же.

Гексахир Ультилиад

Гемункул, тот, кто играет роль Господина Ножей, находился в высшей точке напряжения.

Всё его модифицированное тело, доведённое до пика возможностей его собственного вида, и даже перешедшее пределы в кое-каких моментах, сейчас чувствовало едва уловимую, но.. Но ничуть не прекращающуюся, и словно подкожный зуд — раздражающую.

Арлекины... Проклятые клоуны вознамерились сделать клоуном его самого!..