Пишу Вадиму, как и обещала, адрес. Заношу чемодан в спальню, приставляю к окрашенной в оливковый цвет стене. На разбор нет сил – падаю на зеленое покрывало как есть, в одежде, и проваливаюсь в сон.

Когда открываю глаза – в комнате темно. Лежу в какой-то странной позе: руки раскинуты, ноги наполовину свисают с кровати. Шея болит, спина затекла – не оценила прелестей нового матраса.

- М-да, – бормочу, потихоньку подбираясь.

Сажусь, оглядываюсь по сторонам. За окном уже сумерки. Но по ним не понять, который час. Белые ночи.

Тусклый свет фонаря пробивается сквозь тонкий тюль, складки которой отбрасывают ровные тени на зеленую стену. Ощущение, что я попала в темный лес поздно ночью.

Хорошо, что хищники тут не водятся! – ухмыляюсь мысленно. И стоит мне об этом подумать, как из прихожей раздается стук в дверь. Я никого не жду.

Объяснимо, принимаю решение не открывать, притвориться, что никого дома нет. Но стук повторяется – настойчивый, но не агрессивный.

Иду к двери, смотрю в глазок. За дверью стоит Вадим.

Открываю.

Он держит в одной руке увесистый пакет из ближайшего супермаркета, а в другой – мобильный телефон. На его лице – привычная полуулыбка, но в глазах читаются тревога и сосредоточенность.

- И не стыдно тебе, Наташа? У тебя дверной звонок не работает. – бросает свое фирменное приветствие, проходит вперед, не дожидаясь приглашения. – Ты что, спала?

- Миронов. – действительно, голос звучит хрипло, заспанно. – Что ты здесь делаешь?

- Соскучился. И подумал, что холодильник у тебя на новом месте наверняка пуст. А адвокату на голодный желудок мыслить противопоказано. – Поднимает руки, демонстрируя пакет. – Можно?

12.2

- Ты уже и так вошел.

Он проходит в кухню-гостиную, обводит квартиру беглым, оценивающим взглядом.

- Уютно. – выносит тут же вердикт. – Правда, тесновато, но для затворничества – то, что надо.

- А кто сказал, что я собираюсь затворничать?

- Да-да, как скажешь.

Идет к кухонному столу, ставит пакет на табурет и начинает выуживать по одному покупки. Хлеб, сыр, яйца, овощи, зелень... Напоследок с громким стуком ставит на стол банку кофе и пачку чая.

- Показывай, где у тебя что? Будем ужинать.

Я за всем этим действом наблюдаю, прислонившись к импровизированной перегородке, отделяющей кухню от зала. Он выглядит спокойным, таким собранным, что на фоне моей внутренней разрухи это кажется почти издевательством.

- Спасибо, тебе, Вадим. Но я не голодна. Не стоило беспокоиться.

Он хмурится.

- Я не беспокоился. А вот тебе бы следовало. Наташ, ты выглядишь как смерть. Когда ты последний раз ела?

- Я ужинала.

Вчера, но ему об этом знать не надо.

Вадим качает головой.

- Садись, – командует он мягко, но так, что не возразишь. – Ты как на конференцию собираешься в таком состоянии ехать?

- Отменю. – бросаю без грамма сомнения, хотя последние пару месяцев готовилась к этой поездке в Москву и выступлению перед коллегами на крупнейшем в стране юридическом форуме.

- Я тебе отменю, Орлова.Сказал, садись.

Послушно опускаюсь на свободную табуретку, пока он открывает шкафы, ищет тарелки, утварь...

Находит кастрюлю ставит вариться магазинные пельмени, вскрывает упаковку с соусом, достает из шкафчика две обеденные тарелки. Ведет себя так, будто он прожил здесь всю жизнь, а не заглянул впервые.

Удивительный, всё таки, этот Миронов. Столько лет дружим, но не привыкну никак к этой его способности – входить в любое пространство и сразу делать его уютным, обжитым. Он сносит напрочь стереотипы о мужчинах, которые не умеют вести быт. Он умеет готовить, всегда ухожен, аккуратен, следит за своим стилем. Хотя вполне можно было бы ожидать иного от человека, который третий год в разводе, но так и не начал новых серьезных отношений.

Постепенно кухня наполняется призывными запахами, заставляя желудок сжиматься от голода.

Не три звезды Мишлена, но за вкус отвечаю, – улыбается, накладывая в тарелки свое кулинарное творение.

Поливает соусом и, наконец, усаживается напротив. Едим, молча, первые несколько минут. Пельмени горячие, сочные и на удивление безумно вкусные. А главное – они заставили мой организм вспомнить, что ему нужны силы.

- Ну что, – первым прерывает тишину Вадим, откладывая вилку. – Какие мысли, какие планы, Орлова?

Мыслей нет. Вернее, они есть, но разрозненные, обрывочные. А планы...

- Ближайшие? Доесть ужин. На завтра – найти лучшего адвоката по бракоразводным процессам. – говорю это с легкой усмешкой.

- Я знаю лучшую, но увы, она не сможет, конфликт интересов. – подхватывая шутку, улыбается в ответ. – Вообще, в таком деле нужно холодное сердце и стальные нервы. Думаешь, справишься сама?

Вздыхаю, отодвигая пустую тарелку.

- А у меня есть выбор?

- Ты сама мне скажи.