- Соседка, привет! – подмигнул расслабленно. Кажется, у него было хорошее настроение.

Замерла. Мне вдруг показалось, что серая, унылая хмурь вмиг рассеялась, и выглянуло солнце.

- Здрась-сь-те, – пробубнила, ругая себя за природную стеснительность.

Он открыл дверь своим ключом, пропустил меня вперед. А потом мы вместе застряли в лифте.

Обычное дело в нашей высотке на проспекте Стачек. Я испугалась, начала нервничать.

- Не боись, мелкая. Щас починят.

Такой спокойный, такой уверенный в себе. Не то, что я. Стояла, прижавшись рюкзаком к стенке лифта и боялась глаза на него поднять, чтобы не подумал чего. Не принял за невоспитанную.

А поднять очень хотелось.

Хотелось рассмотреть его получше. Но я только исподтишка цепляла взглядом детали: русые волосы, прямой нос, красивые, изогнутые в ухмылке губы, игривый прищур.

В лифте стало жарко, но я не двигалась, хотя уже дышать не могла от духоты. А вот он скинул куртку с плеч.

- Хоть молнию расстегни. – обратился ко мне. И, не дожидаясь моего ответа, стянул с меня шапку, схватил бегунок и потянул вниз.

Подняла на него глаза. Застыла как вкопанная. А потом утонула в его голубых глазах.

Сорок минут, пока мы ждали, я впитывала каждую его черту, каждый жест. Запах его одеколона навсегда смешался в моем сознании с ароматом счастья. С той минуты я была обречена.

Он был воплощением всего, о чем я видела в сериалах, читала в романах, о чем шепталась с подружками на задней парте. Он был моим идеалом, и стал моей самой большой и тщательно скрываемой тайной.

Эта разница в возрасте казалась тогда пропастью, непреодолимой и манящей.

Я начала жить от одной случайной встречи до другой. Просчитывала время, когда он возвращался с учебы, и «случайно» оказывалась в подъезде, подметая порог нашей квартиры или вынося мусор.

Говорила, что забыла ключи и до вечера сидела на кухне у его родителей, чтобы хоть краем глаза его увидеть. Я могла часами сидеть на лавочке во дворе, если видела его там с друзьями, впитывая каждый его жест, каждую улыбку, каждый его смех. Он стал для меня солнцем, вокруг которого вращалась вся моя вселенная.

По вечерам, закрывшись в комнате, я предавалась фантазиям. Я представляла, как он однажды заметит меня не как соседскую девочку-подростка, а как девушку. Женщину. Как подойдет, улыбнется своей ослепительной улыбкой и скажет, что тоже меня любит. Я сочиняла в уме целые диалоги, наши первые свидания, наш первый поцелуй. Я была уверена, что это судьба. Что он просто не может не стать моим. Эта уверенность была моим щитом от всех подростковых драм, влюбленностей и невзгод.

Зачем мне кто-то, когда у меня был Олег? Мой Олег. Пусть пока только в мечтах.

Я старалась одеваться так, чтобы он обратил наконец на меня внимание, красилась, когда мама не видела. Но для него я так и оставалась «маленькой Маринкой», дочерью одинокой соседки. Он был вежлив, улыбался, иногда кивал при встрече, но не более. А потом он привел в дом Наташу. Свою однокурсницу.

Слишком внезапно. Слишком, черт побери! И женился на ней слишком быстро! И съехал из нашей высотки тоже...

И мои мечты в один миг рассыпались в прах. Я выла ночами в подушку, дала себе слово забыть его, но не смогла. Он навсегда остался где-то глубоко в сердце, как заноза, как эталон, с которым никто не мог сравниться.

А потом познакомилась с Пашей – его двоюродным братом, который после смерти родителей стал чаще приезжать к родной тетке – маме Олега. Искал домашнего тепла.

Увидел меня – уже выросшую, двадцатилетнюю. Влюбился в меня, стал дарить подарки, приглашать в кино, кафешки.

Они были чем-то похожи. Олег и Паша. Очень отдаленно, но всё же время от времени я замечала в чертах лица, в мимике Паши любимого.

Моя мать повторяла без конца:

- Ты к парню серьезно присмотрись, Маринка. Хороший, добрый, надежный. Любит тебя, на руках носить готов, что еще для счастья надо?

Олега надо, – горько ухмыльнулась, но вслух не сказала. Лишь кивнула, пообещала подумать.

А когда подумала, то поняла – Олег же его брат! Значит, я смогу его видеть, сидеть рядом, дышать с ним одним воздухом, если стану женой его брата.

Хоть так.

Хоть тайком – не впервой!

Но я буду снова с моим любимым!

Так я стала женой Паши. А он стал моим первым мужчиной. Он ласкал меня, шептал моё имя, занимался со мной любовью, а я представляла на его месте другого мужчину. Представляла, что по мне скользят не эти большие, грубые узловатые пальцы, а красивые, длинные – Олега. Что меня касаются не эти пухлые, мясистые губы, а нежные – Олега.

Что во мне – не только в душе, но и в теле – не муж, а Олег.

Но Олегу было не до меня – он уже был не только мужем Наташи, но и отцом её ребенка.

Паша тоже мечтал о ребенке. Водил меня по врачам, те проверяли, назначали лечение, которое не помогало, а потом говорили, что всё в порядке и не понимали причину бесплодия.

Так иногда бывает.