Мы больше не сверлили взглядами друг друга за завтраком, не разговаривали на заднем дворе и определенно больше не обнимались. Он перестал укладывать меня в постель и держать за руку, пока я не засну, а выходит из комнаты, едва завидев меня.

Это становится очевидно всем.

Всем, имея в виду, всех в доме. Скар даже превратил это в шутку. Что-то вроде: «Легенда гласит, что этих двоих никогда не видели вместе в одной комнате».

В прошлой жизни я бы разозлилась.

В конце концов, скажу ему, что не потерплю такого обращения, будто я носительница смертельного вируса, но я была так измучена попытками оправдать ожидания Ани всю неделю, что все, чего хотела — рухнуть в постель по возвращении домой.

С другой стороны, то, что Кейн игнорирует меня, гарантирует, что я по-прежнему буду видеть в нем того, кто он есть на самом деле, а не милого парня, который умеет держать твои волосы, пока тебя тошнит.

Я отказываюсь даже допускать мысль о том, что он может быть хорошим парнем.

Кейн посмотрел мне в глаза и сказал, что я не имею для него значения. Один правильный поступок не меняет того факта, что внутри у него все прогнило, а сердце, вероятно, почернело.

Через полчаса я решаю, что мне, наверное, стоит встать с постели. Для начала мне нужно принять душ. Прошлой ночью я так устала, что отключилась, как только голова коснулась подушки.

Быстро одевшись, направляюсь к двери своей спальни. Только я ее распахнула, как дверь в комнату напротив тоже открывается.

Спальня Дреа.

Но из нее выходит Скар.

Так, так. Посмотрите, кто это, наконец, справился со всем этим напряжением.

Скар без рубашки, его черные волосы взъерошены, а голубые глаза заплывшие, словно он не спал двадцать четыре часа.

Прошлой ночью он, Дреа, Кейн, Джейми, Кэл и Винс должны были тусоваться в доках Хиллфорда.

В детстве мы всегда это делали, но сейчас, вместо того чтобы просто смотреть на звезды и бросать камни, ребята пускают по кругу косяк и напиваются до потери сознания.

Я должна была быть там, но поздно вернулась с работы, без настроения пить. Хотя «Аллея позора» Скара доказывает, что у них с Дреа было другое настроение… Мы со Скаром тут же встречаемся взглядами, но он, слишком вымотан, чтобы переживать о своем побеге, и потому просто улыбается, тихо закрыв дверь, уходя в свою комнату.

Десять минут спустя я иду в душ. Мне приходит идея сходить за принадлежностями для рисования.

С каждым днем я скучаю по рисованию все больше и больше, и, возможно, сейчас я на мели, но можно же расплатиться кредиткой, тем более скоро моя первая зарплата.

Вскоре после этого спускаюсь вниз по лестнице. От запаха бекона у меня текут слюнки, и я прямиком направляюсь на кухню, предвкушая, что Сью приготовит на завтрак.

Кейн и Эви должно быть в восторге от того, что повсюду брали с собой своего личного шеф-повара, но, должна признать, очень приятно спускаться утром вниз и обнаружить, что меня ждет горячий завтрак.

Мой пульс замирает, когда я заворачиваю за угол и вижу Кейна без рубашки, сидящего за столом.

Кажется, он единственный, кто не спит, а моя мама и Эви, должно быть, уже в клубе.

Кейн не замечает меня, пялясь в телефон.

— Доброе утро, мисс, — приветствует меня Сью с лучезарной улыбкой. — Что бы вы хотели на завтрак?

Подумываю сказать ей, что она не обязана называть меня «мисс», но за неделю я повторила это пять раз, и явно безуспешно.

Кейн поднимает взгляд и беспокойство, отражающееся на его лице, скручивает мой желудок в узел.

Что-то не так.

Я хочу спросить его об этом, но он закрывается от любого общения, снова переключая свое внимание на телефон.

Ладно.

Я улыбаюсь в ответ на улыбку Сью.

— Яичницу-болтунью, пожалуйста.

Она кивает, ставя тарелку на стол перед Кейном.

— Ваш завтрак, сэр.

Он настолько поглощен своими делами, что даже не слышит ее.

Делая глубокий вдох через нос, направляюсь к столу и сажусь напротив него. Нам необязательно быть друзьями, но, по крайней мере, мы можем есть за одним столом, как два воспитанных взрослых человека.

Только Кейн, по-видимому против этого, потому что, как только я сажусь, он смотрит на меня и тут же вскакивает на ноги.

— Я поем позже, — растягивает он слова, и бедняжка Сью не спорит, убирая со стола. — Если моя мама спросит, скажи ей, что я в спортзале.

Конечно.

В пляжном домике же есть тренажерный зал.

Не думаю, что я когда-нибудь к этому привыкну.

Кейн уходит прежде, чем я осознаю это, и моя кровь закипает от гнева. Что, черт возьми, с ним не так? Это я должен избегать его после всего, что он сделал.

Понимает ли он, что чем больше ведет себя так, будто ненавидит находиться рядом со мной, тем больше мне хочется быть с ним рядом, куда бы он ни пошел, просто назло ему?

Я прошу Сью отдать мне нетронутый завтрак Кейна, вместо того чтобы готовить новый, когда Дреа входит в комнату, прижимая левую руку ко лбу.

— Пожалуйста, скажите, что у нас есть аспирин, — стонет она.