Надо мной склонилась смутная фигура. Я не могла различить никаких черт, кроме знакомой пары серых глаз. Из-за инъекции в моём мозгу всё перемешалось, чтобы собрать все кусочки головоломки воедино. Но последнее, что я услышала, прежде чем погрузиться в наркотическую отключку, было:

— Уиллоу, ты вернулась. Я так по тебе скучал. Я знал, что ты никогда не оставишь меня. Теперь мы снова можем стать семьёй.

Глава 22

Вин

— Это была странная работа — очень секретная, — но нам платили наличными, и это было легко. Пациентов было несколько. Один из них был долгожителем: парень, который несколько лет пролежал в коме после несчастного случая. Ходили слухи, что его держали спящим, пока он находился в клинике, потому что получил очень серьёзные травмы. Когда очнулся, у него случился нервный срыв. Другим пациентом был пожилой джентльмен, который продержался всего неделю. Когда он приехал, казалось, с ним всё в порядке, но его состояние быстро ухудшилось. Я всего лишь мыл полы и выносил мусор и не могу сообщить вам никаких достоверных медицинских подробностей. Не то чтобы лечащий врач вообще делился информацией с кем-то, кроме дамы, оплачивающей счета. Как я уже сказал, всё держалось в строжайшем секрете.

Мы с Рокко обменялись взглядами. Ему не потребовалось много времени, чтобы разыскать кого-то из сотрудников медицинского учреждения, кто согласился поговорить. Он просто помахал купюрами и пообещал сохранить анонимность любого, кто готов говорить. Несколько человек клюнули на эту наживку, и самый надёжный из них сидел на заднем сиденье моего внедорожника в неблагополучном районе города.

— Вы когда-нибудь видели, чтобы эта женщина навещала кого-нибудь из пациентов? — Я показал бывшему уборщику фотографию матери на своём телефоне. Перед тем как показать изображение, мне пришлось убрать уведомления о сообщениях от Ченнинг.

Мужчина несколько минут смотрел на экран, прежде чем его озарило.

— Она не навещала их, но забрала тело, когда умер старший. И потом забрала младшего, когда тот наконец очнулся. Я помню, потому что она ни с кем не разговаривала и даже не взглянула на доктора, когда он привёл её к пациенту. После того как парень в коме отправился домой, вся операция была остановлена в считанные часы. Группа мужчин в костюмах ходила вокруг и напоминала всем, чтобы они ни слова не говорили об этом заведении. Я бы не придал этому значения, но недавно медсестру, которая ухаживала за парнем, убили. Я слышал, что она искала новую работу и обратилась не к тем людям, когда её попросили подтвердить трудоустройство. Мы должны были исчезнуть.

Я нахмурился.

Рокко напрягся и сказал, что изучит эти удивительные заявления. Мне не нужны были дополнительные доказательства. Все кусочки головоломки встали на свои места и открыли крайне мрачную картину.

Я нашёл в телефоне фотографию Конрада и показал мужчине.

— А этот парень? Вы его когда-нибудь видели?

Он энергично кивнул.

— Этот парень всегда был рядом. Он платил нам и следил за тем, чтобы всё было в порядке. Он хороший человек. Он много времени проводил, разговаривая с парнем в коме. Я всегда думал, не родственники ли они.

Я сдержал все гадости, которые хотел сказать о своём давнем друге, и заставил себя не отвлекаться от темы.

— Когда пожилой джентльмен был госпитализирован, кто-нибудь упоминал, что у него аллергия на орехи? — Не знаю, почему я спросил. Я не мог удержаться от поиска того, что могло бы искупить вину моей матери.

Мужчина рассмеялся так, будто я только что рассказал самую смешную шутку, которую он когда-либо слышал.

— Нет. Мы даже не знали имён пациентов. Откуда бы у нас была такая личная информация? — он постучал пальцем по подбородку. — На самом деле, медсестра, о которой я только что говорил, приносила печенье и другую выпечку для персонала. Её печенье с арахисовым маслом и шоколадом было моим самым любимым.

Я сидел в ошеломлённом молчании, пока Рокко выгонял информатора и выплачивал ему обещанное вознаграждение. Как только начальник службы безопасности забрался обратно в джип, он бросил на меня обеспокоенный взгляд.

— Нам не обязательно продолжать, Вин. Мы можем остановиться прямо сейчас.

— Как я мог не видеть, что происходит в моей семье? Или не хотел замечать? Разве это не делает меня таким же виновным, как мою мать?

— Как ты мог видеть, что происходит дома, когда Колетт намеренно отвлекала твоё внимание в другом месте? Все эти события должны были произойти, чтобы убедить тебя покинуть город и вернуться домой. Твоя мать играет в шахматы. Ты всего лишь пешка, а все остальные на доске защищают ферзя. Я работал с тобой с самого начала. Корпорация держала твою голову под водой с тех пор, как ты возглавил её. Ты тонешь, босс.

Я вздохнул, вертя телефон в пальцах.

— Это не оправдание. Я должен был поступать лучше. Должен был быть лучше. Может, если бы я...

Рокко фыркнул и завёл внедорожник.