Я делаю мысленную заметку потренировать именно такой тон и это нежное трепетание ресниц.

— Думаю, я останусь, — цедит он сквозь зубы.

— Я не спрашиваю, генерал. Я скоро к тебе присоединюсь, — она указывает подбородком в конец садовой дорожки, и вот так просто он отходит от нас на двадцать шагов, даже не фыркнув. Хотя он кажется типом, который любит пофыркать.

— Я не знала, что ты можешь командовать генералом, — шепчу я, стараясь встретиться взглядом с мужчиной, просто чтобы позлить его, прежде чем снова напомнить себе, почему я не хочу его больше злить. — Это может пригодиться.

— Только если ты намереваешься начать войну, — смеется она, и я присоединяюсь, надеясь, что это не выглядит наигранно.

Ари быстро назначает время для нашей утренней встречи, прежде чем задобрить генерала, позволив ему проводить ее обратно к брату. Я ловлю ее улыбки в мою сторону на протяжении всего вечера так же часто, как замечаю ее брата и генерала, мрачно склонивших головы друг к другу и бросающих косые взгляды в моем направлении.

Мой дядя хорошо исполняет свой долг, проведя остаток вечера за важными знакомствами. Хотя он сообщает мне, что настроен на то, чтобы я развивала дружбу с этими братом и сестрой превыше всех остальных.

Лишь поздно вечером я понимаю, что на вечеринке присутствуют и другие красивые молодые женщины, чья единственная задача — завести подобные связи. Интересно, сколько из них приехали в А'кори с той же целью, что и я — получить момент наедине с королем. Полагаю, если они преуспеют, их планы на мужчину будут сильно отличаться от моих.

Глава 11

ПОМЕСТЬЕ, А'КОРИ

Наши дни

— Они близкие друзья короля, — говорит Филиас, доставая из шкафа хлипкое бледно-голубое платье в стиле А'кори. — Лучших связей тебе не найти на всем континенте.

Он пришел ко мне рано, все еще в восторге от моей встречи с братом и сестрой, и жаждал просветить меня насчет того, что знает о них.

Зевая, я протираю глаза, прогоняя сон, прежде чем затянуть тонкий халат на талии.

— Почему ты не упоминал о них раньше? — спрашиваю я.

— Я считал маловероятным, что ты им приглянешься.

Я стараюсь не обижаться, подходя к туалетному столику и запуская пальцы в волосы, прочесывая густые колтуны, скопившиеся за время сна.

— Сядь, — говорит Филиас, практически силой усаживая меня на мягкую банкетку за темным деревянным столом под цветным витражным окном.

Я хмурюсь, глядя на свое помятое со сна лицо в зеркале, точно так же, как делает мой дядя, хотя его внимание приковано к моим волосам. Он проводит по ним пальцами, с легкостью распутывая пряди, затем выбирает со стола золотой гребень, скручивает половину волос в узел и закалывает их на затылке.

— Должно быть, они могущественны, раз близки к королю, — рассеянно говорю я.

Это занимало мои мысли, пока я не уснула прошлой ночью, и стало первым, о чем я подумала, проснувшись. Сближение с не тем типом фейнов в моей профессии стало бы смертным приговором. Что, если они умеют читать мысли? Влиять на эмоции? Провоцировать желание?

— Так и есть, но не в том смысле, как ты можешь ожидать. Ари — Глиер. У нее есть способность изменять внешний вид чего-то или кого-то.

Это был бы удобный трюк для Дракай на задании по устранению короля.

— Ее брат, Риш, — Брек, — его язык спотыкается на «р», раскатисто проходя по нёбу. — Он может усиливать чужой дар или блокировать его полностью.

— Любой дар? — спрашиваю я, пораженная.

— Ты ведь в курсе, что фейны весьма скрытны в том, что касается их даров и пределов их силы? — говорит он с явным укором моему любопытству.

Я подавляю желание вздрогнуть от нотки осуждения, сделавшей его тон глубже. Конечно, я не жду, что он знает все их дары или пределы их могущества.

— До меня доходили слухи, что он весьма силен, — признает он. — Хотя, уверен, ты уже знаешь: дар фейна силен ровно настолько, насколько слаб его противник.

На самом деле, этому меня не учили. Я бы хотела, чтобы он объяснил подробнее, но решаю не говорить дяде, насколько я прискорбно неподготовлена, когда дело доходит до реальных знаний об их виде. Еще один из самых ранних и жестоких уроков Лианны: никогда не обнажай слабость.

— А генерал? — поспешно спрашиваю я, пока он не решил сменить тему.

— Ради любви к звездам, просто держись от этого мужчины так далеко, как только сможешь. Тебя никогда не пустят в одну комнату с королем, если генерал решит иначе.

Я не удивлена; в конце концов, вряд ли он стал генералом без хороших инстинктов. Я не давлю на Филиаса, требуя больше информации, не сегодня. Если бы он родился фейном, он бы никогда не раскрыл мне чужой дар, и уж тем более не намекнул бы на силу их мощи. Может, он и на стороне Ла'тари, но, прожив жизнь в А'кори, разумно, что он поддерживает некоторые их обычаи. Обычаи, которые, вероятно, удерживают мужчину от того, чтобы раскрыть всю глубину его знаний об одаренных.