Я щелкнула выключателем, и галерея наполнилась светом. Вдоль стен стояли вазы и небольшие скульптуры, в каждом окне – две большие башни, а в центре, на постаменте, освещенном отдельной подсветкой, стояло мое любимое произведение.

– Можешь открыть глаза, – тихо произнесла я и затаила дыхание, когда темный взгляд Ноа окинул галерею оценивающим видом, улыбка его стала шире, когда он осмотрел все вокруг, а затем остановился на постаменте.

– Джорджия, – прошептал он, покачав головой. – Боже мой.

– Тебе нравится? – я придвинулась к нему, и он обхватил меня за талию, притягивая к себе.

– Это великолепно.

Моей любимой вещью в коллекции была корона, состоящая из стеклянных сосулек длиной от шести до десяти дюймов.

– Серьезно? – уголок моего рта приподнялся в ухмылке.

– Это подобает ледяной королеве, – ответил он с негромкой насмешкой. – Хотя ты совсем не холодная. Это невероятно.

– Спасибо. Я никогда не комментировала их колкости, потому что в молчании есть сила, а в высоко поднятой голове – изящество, но я подумала, почему бы не сделать это самой? Я единственный человек, который может определить свою сущность, и, кроме того, может быть, я сделаю корону из пламени, – я уже видела, как она вырисовывается в моем воображении.

– Ты невероятна, Джорджия Стэнтон, – он повернулся и обнял мое лицо, а затем страстно поцеловал. – Спасибо, что поделилась этим со мной, и на случай, если я не успею повторить это до того, как мы вернемся домой. – С днем рождения!

– Спасибо, – сказала я ему в губы, наслаждаясь последними минутами уединения до прибытия обслуживающего персонала.

Через час двери были открыты, и галерея заполнилась гостями из моего маленького городка. Я приветствовала первую дюжину людей, показывая им помещение с Ноа под руку. Пришли Лидия – наша экономка и ее дочь, затем Хейзел и Оуэн, Сесилия Кокран из библиотеки, мама...

Я замерла, поднеся свободную руку ко рту. Рука Ноа обвилась вокруг моей талии, поддерживая меня, пока мама пробиралась сквозь небольшую толпу, одетая в бледно-розовое платье с дрожащей улыбкой.

– С днем рождения, Джорджия, – мягко сказала она, нежно обняв меня, а затем отпустив, как обычно, с двумя похлопываниями.

– Мама? – шок был неподходящим словом.

Она нервно сглотнула, ее взгляд метнулся к Ноа и обратно.

– Ноа пригласил меня. Надеюсь, ты не против. Я просто хотела быть здесь, чтобы сказать тебе «поздравляю» и пожелать счастливого дня рождения. Это большое достижение.

Неужели это была единственная причина, по которой она здесь?

– Вы с Йеном? – неуверенно спросила я. Неужели они расстались? Неужели она приехала только для того, чтобы собрать осколки, прикрываясь тем, что собирается восстановить мои?

– О, с ним все в порядке. Мы в порядке, – заверила она меня. – Он передает самые лучшие пожелания. Уверена, ты понимаешь, почему он не со мной.

Потому что я его терпеть не могу, и он это знает, что, если подумать, было довольно тактично.

– Как прошел полет? – спросил Ноа, снимая напряжение с помощью своей легкой манеры.

– Все было хорошо. Большое спасибо, – мама глубоко вздохнула. – Для ясности, Ноа купил мне билет.

– О, – для ясности? У них с Йеном все в порядке? – Это было очень мило с твоей стороны, – сказала я Ноа, прислонившись к нему.

– Мне очень приятно, – его рука легла на мою талию. – Но это не мой подарок. Он ждет тебя дома.

– Я же просила тебя не тратить на меня деньги, – отчеканила я, но в груди зашевелилось крошечное любопытство.

– Я и не тратил, уверяю, – он снова ухмыльнулся. Он что-то задумал.

– Не могу же я всю ночь задерживать именинницу. Займись своими гостями, – сказала мама с лучезарной улыбкой. – Спасибо, что позволила мне быть здесь. Твои дни рождения всегда были... – ее улыбка дрогнула. – Я просто рада, вот и все, – она окинула взглядом галерею. – Это феноменально. Я так горжусь тобой, Джорджия.

– Спасибо, что ты здесь, – сказала я ей, вкладывая в каждое слово смысл. – Это очень много для меня значит, – аванс был выплачен, и все остальные гонорары от книги пойдут прямо на мамин счет. С Йеном все было хорошо. Похоже, ее жизнь тоже складывалась удачно, а это означало, что она здесь не потому, что ей что-то нужно от меня, а потому, что она сама этого хотела. Конечно, это была всего лишь одна ночь за всю жизнь, но этого было достаточно.

Я улыбалась, проходя по залу, наблюдая за тем, как исчезают мелкие детали, которые были куплены.

– Это потрясающе! – Хейзел крепко обняла меня. – А это дочь Лидии за кассой?

Я кивнула.

– Думаю, все идет хорошо.

– Так и есть. Поверь мне, – ее глаза сузились, когда она посмотрела на меня через плечо.

– Ого. Почему Ноа... – ее брови взлетели к потолку.

Я обернулась, растерянно моргнув, когда увидела, что Ноа обнимает поразительно красивую женщину возле двери. Он поднял голову, осматривая комнату, и улыбнулся, когда нашел меня. Он что-то сказал женщине и повел ее мимо ледяной короны к тому месту, где я стояла с Хейзел.