Ее отец всю жизнь демонстративно выглядел «просто одним из механиков». Он таскал рабочий комбинезон, который мистическим образом был постоянно грязным – но постоянно одинаково грязным, не настолько, чтобы вызвать омерзение, однако достаточно, чтобы намекнуть на тяжелую работу, будто специально испачканным. Карстен, когда было настроение, еще и на лицо какие-то невразумительные пятна ставил, хотя у настоящих механиков и конструкторов такие появлялись очень редко.

Сеун считал подобные демонстрации дешевым популизмом, который не вызывал восторга даже у людей Карстена, не говоря уже о соседях. И тем приятней оказалось то, что Криста решила не перенимать за отцом эту странную привычку. Она всегда выделялась, наряды ей шили явно на заказ, и сделаны они были так, чтобы мгновенно привлечь к ней внимание, но при этом не лишить легкости движений.

Вот и теперь Криста явилась на встречу в сапогах, обтягивающих брюках и куртке из плотной темно-коричневой кожи, украшенной сложным узором из тонких золотых пластин. В прошлом она стригла волосы коротко, почти по-мужски, теперь вот перестала, и за год они заметно отросли, будто позволяя оценить редкий платиновый оттенок. Впрочем, о практичности Криста не забывала и здесь, волосы неизменно оставались убранными от лица сложными металлическими украшениями.

Сеуну нравилось рассматривать ее при каждой встрече, однако делать свое любование очевидным он не собирался, общался он с Кристой так же, как и со всеми – равнодушно и негромко.

– Чем обязан?

Криста не стала размениваться на банальности вроде «нам нужно поговорить наедине». Раз пригласила сюда, понятно, что нужно – и без посторонних ушей. Она вообще отвечать не собиралась, она просто протянула ему маску-респиратор.

Сеун оценил деловой подход, маску он надел без повторного вопроса. После этого Криста жестом позвала его за собой, еще ниже, туда, где располагался коллектор.

Обслуживал этот коллектор несколько кварталов сразу. Отходы оттуда стекались в единый бассейн, в котором сложнейшая система, придуманная конструкторами при Карстене, перемалывала их, осушала, превращала в плотные брикеты, из которых получалось на удивление хорошее топливо. Еще одним достижением местных стала настолько идеальная схема вентиляции, что вонь из этого зала никогда не покидала пределы нижнего уровня и никому не мешала жить.

Однако в зале переработки она сохранялась, этого избежать нельзя. Маска, конечно, помогла… И все равно тошнотворный запах навалился резко, сильно, так, что мгновенно начали слезиться глаза. Сеун уже мысленно попрощался с одеждой, в которую облачен сейчас: такую вонь вряд ли удастся отстирать, проще сразу все сжечь.

– Очень надеюсь, что это не экскурсия, – заметил он. В маски были встроены передатчики, кричать не пришлось.

На этот раз Криста отмалчиваться не стала, она спокойно пояснила:

– Вчера вечером мне сообщили, что система сломалась. Это не первый случай, такое периодически бывает, слишком велика нагрузка. Обычно здесь всем заправляют роботы…

– Не удивлен.

– Но если происходит поломка, в зал спускаются мои люди, – продолжила Криста, проигнорировав его комментарий. – Они спустились и нашли вот это.

Они как раз добрались до металлического моста, нависающего прямо над нечистотами. Криста указала на густую маслянистую пленку, покрывающую поверхность коллектора. Сеун давно уже заметил, что там полно каких-то уплотнений, однако он к ним не присматривался, знал, что в отстойнике биологических отходов ничего приятного по определению увидеть нельзя. И все же, взглянув в том направлении, на которое указывала Криста, он сразу понял, что смутило ее людей.

Среди мутной жижи плавали трупы. Двое или трое, сказать сложно, тела были расчленены, изуродованы, частично растворены химикатами. Но в том, что это именно люди, а не очередные мутанты, перехваченные у границы, сомневаться не приходилось.

А так не должно было случиться! Понятно, что смерть – частый гость в Семи Ветрах. В городе, построенном посреди пустоши, иначе и быть не может. Но при этом смерть никогда не воспринимали как нечто банальное, к ней всегда относились с большим уважением, это стало одной из главных традиций Семи Ветров еще с дней основания.

Чаще всего покойников сжигали, иногда – уносили в пустоши, если такого требовали традиции. Но никто и никогда не бросал трупы в коллектор биологических отходов!

Криста дала ему несколько минут, чтобы все осознать. Лишь после этого она заговорила снова:

– Об этом сразу же сообщили мне. Мне удалось сдержать новость – судя по твоему удивлению, ты впервые узнал обо всем здесь и сейчас, а значит, у меня получилось.

Что ж, определенно победа с ее стороны… Криста не стала упрекать его за то, что у него шпионы во всех кварталах – и вроде как все равно упрекнула. Извиняться Сеун не собирался: плох тот Ветер, который откажется от шпионов!

Куда больше его впечатлило другое: она верно распознала его реакцию, хотя он был уверен, что ничем себя не выдал.