- Да, ужин мы с Алисой ни за что не пропустим, - пошутила.

- Прекрасно. Тогда на нем и увидимся.

И ушел. Идеальный муж, так если задуматься. Не навязчивый, хорошо целуется, не орет без причины и вообще очень спокоен. Как там было у Штирлица? «Характер нордический, выдержанный».

Ладно, отдохнули, а теперь к тетке. Будем надеяться, там обойдется без проблем. К дому тетки мы подъехали с тем же боевым настроем, с каким Наполеон когда-то шел на Москву. Правда, его поход закончился не очень удачно, надеюсь, мой будет успешнее.

Кучер - крепкий мужик лет пятидесяти с добродушным лицом - помог нам выбраться из кареты и спросил, не нужна ли помощь. Я отказалась, попросив его подождать. Взяла Алису за руку и пошла к двери.

Стучать не стала. Дверь была не заперта, что уже насторожило. Обычно тетка запиралась на все засовы, как в крепости. Толкнула створку и замерла.

В коридоре валялись наши вещи. Вернее, то, что от них осталось. Платья разорваны. Чулки в дырах. Белье... ну, оно вообще превратилось в какие-то тряпки для пола.

Алиса схватила меня за руку сильнее. Я почувствовала, как девочка дрожит.

- Всё хорошо, - сказала ей, хотя сама не верила в эти слова. - Сейчас разберемся.

Зашла внутрь. Из гостиной донесся смех. Противный, злорадный.

Прошла туда. В гостиной сидела тетка. Рядом с ней - кузен Мудкис с перевязанной головой. Оба смотрели на меня с таким триумфом, будто выиграли в лотерею.

- А вот и она! - радостно заявила тетка. - Наша воровка вернулась!

- Воровка? - переспросила я, чувствуя, как внутри поднимается знакомое тепло. То самое, которое недавно чуть не взорвалось в магазине. - Что я украла?

- Веревку! - тетка ткнула пальцем в мою сторону. - Ты украла веревку из моей комнаты! Специальную, дорогую! С магической нитью!

Я посмотрела на нее. Потом на кузена. Потом снова на тетку. Видимо, та веревка, которой я перевязывала комнату не совсем со стальной нитью была. Ла-адно...

- Вы серьезно? - спросила. - Из-за веревки вы изорвали все наши вещи?

- Из-за веревки?! - взвизгнула тетка. - Ты еще и дерзишь?! Эта веревка стоила три серебряных монеты! Три!

- И вы испортили вещей на... - я прикинула примерно, - на десять серебряных монет минимум. Отличная арифметика.

- Да как ты смеешь! - тетка вскочила со стула. - Я тебя приютила! Кормила! А ты!..

- Вы меня никогда не кормили, - перебила я спокойно. - Дядя кормил. Вы только и делали, что гадости мне подстраивали. И, между прочим, та веревка лежала в моей комнате. В ящике комода. Еще с тех времен, когда я здесь жила. Это мой дядя мне ее дал.

- Врешь! - рявкнула тетка.

- Не вру. И если хотите, можем пойти к судье. Пусть разбирается, кто врет, а кто нет.

Тетка побледнела. Кузен тоже. Можно было бы учинить скандал, но мне сейчас вообще некогда, да и желания особого нет. Понятное дело, что я этого так не оставлю, но не сегодня. Развернулась и вышла в коридор. Присела перед разорванными вещами. Алиса села рядом.

-        Мы заберем это? - спросила девочка тихо.

- Нет, - ответила. - Это уже не наше. Это - мусор.

Порылась в куче тряпок. Нашла то, что искала - маленького зайца Арнольда. Его, к счастью, не тронули. Видимо, не заметили. А куклу, сидящую в кресле, наверное, просто побоялись портить, оценив ее стоимость.

Отдала зайца и куклу Алисе. Девочка прижала игрушки к груди.

- А больше ничего не возьмем? - спросила она.

- А больше нечего брать, - сказала честно.

Встала. Отряхнула юбку. Взяла Алису за руку.

- Пойдем отсюда. Тут все провоняло.

Мы вышли на улицу. Кучер ждал у кареты.

- Вещи погрузить? - спросил он.

- Нет, не надо, - ответила. - Вещей не оказалось. Давайте просто заедем в еще одно место и можно будет ехать в имение.

Мы вернулись на рынок, где я видела еловые ветки. Оставив Алису сидеть в карете и играть с куклой, вспомнила, что для веток мне надо бы какой-то мешок, не в руках же их нести, чай не букет новобрачной?

И тут мне на помощь пришел кучер, жестом фокусника вытащив откуда-то отличный и очень вместительный мешок из какой-то плотной, крепкой ткани.

Я рысью припустилась к тому месту, где видела «сокровища». К счастью, их еще не успели выбросить. Поэтому я, поминутно оглядываясь, быстро запихала все ветки, какие могла, в мешок и потащила его к карете.

Брови кучера взлетели и застряли где-то в шапке, когда он меня увидел:

- Я прошу прощения, а это…

- Те самые вещи, которые надо было забрать, - сообщила, радостно улыбаясь. Деньги герцога – это, конечно, хорошо. Но и синица в руках не помешает, пока журавль долетит. Свой бизнес лишним не будет.

Мы снова погрузились в карету и на этот раз поехали в имение. Подъехали прямо к главному входу. Красиво горели желтым огнем фонарики на двери. В проеме гордо распрямив спину стоял импозантный мужчина с красивыми усами и седой шевелюрой а-ля Бетховен.