Уже буквально через час я собралась и отправилась прямиком в центральный банк. Мне просто нужно было узнать всю информацию. Уже хотелось выдохнуть, но нужно было удостовериться, что все цифры сходятся. Ведь почему-то в книгах Эвы не было выписок о том, сколько она снимает средств со счета Престона.

В банке меня уверили, что состояние юного Рэгланда в целости и сохранности. А также выдали расписку с последними операциями. Как я понимаю, Эва брала здесь деньги каждый квартал, часть отправлялась в сейф дома, но многое хранилось во втором банке, который поближе к дому.

Я изучала цифры прямо в карете по пути обратно домой. Казалось бы, всё прекрасно, мы спасены, деньги на месте. Вот только кое-что всё равно не совпадало. Эванджелина снимала почти в два раза больше, чем уходило на бытовые траты. Сумма была одна и та же. Максимально доступная для снятия раз в три месяца со счёта Престона.

И делала она это уже очень долго. Думаю, Леогард не разорился, лишь потому что был очень богат.

Однако снятые деньги не были потрачены на быт, не лежали в банке на имя самой Эванджелины, и в доме я их не нашла… разве что нужно разрезать матрасы и проверять, а не набиты ли те купюрами.

Но что-то я сомневаюсь.

Напрашивался вопрос: куда Эва тратила столь крупные суммы? И знает ли об этом Леогард?

Увы, ответ на последний вопрос нашёл меня очень быстро. Я без особых раздумий вложила выписку из банка к прочим финансовым бумагам и бухгалтерским книгам. Они хранились в общем сейфе. И я наивно думала, что доступ к тому есть у меня и Лео.

Кажется, я ошибалась.

Мы с Престоном завтракали на следующий день, когда в столовой появился Дерби и заявил:

— Вас зовёт хозяин, – он говорил спокойно, без намека на ядовитость в голосе. Так что я удивилась, но понадеялась, что Лео просто хочет помириться после злосчастной ночи. Даже наивно понадеялась, что смогу убедить его спуститься и позавтракать с нами.

— Ты меня звал? – спросила на душевном подъеме, когда вошла в тёмную спальню, где на столе догорала лишь одна свеча.

— Да. Подойди сюда. Садись, – в голосе Леогарда не было и намека на раскаяние, но… я всё же спокойно прошла к кровати и села на её край.

Неожиданно моё запястье после двух неловких взмахов обхватила широкая мужская ладонь. И это не было похоже на приветственное рукопожатие. Хватка оказалась не болезненной, но весьма неприятной.

— Лео, ты чего? – попыталась вырваться. Тщетно.

— Эва, это правда, что ты каждый раз снимаешь со счёта Престона максимальную сумму, хотя тратишь на ведение дома лишь половину? – скрипуче спросил Леогард со всевозможным осуждением, и я поняла, что влипла…

Глава 18. Где деньги, Эва?

Я не знала, что мне ответить. В одно мгновение просто замерла и смолкла. Даже перестала вырываться. Молчание оказалось куда красноречивее любых слов.

— Серьёзно?! – гневно прорычал Леогард, не отпуская моей руки. Думал, что я попросту убегу. – Я надеялся, что старик ошибся в бумагах, потому что это уже слишком! Ты понимаешь, что воруешь даже не у меня! Ты воруешь у Престона!

Ситуация казалась просто плачевной.

— Но… но ведь сумма разрешенная, – промямлила я хоть что-то.

— Да, но это деньги, которые должны тратиться на дом, на ребенка. Боже, да я абсолютно не против, чтобы ты покупала и себе всё, что нужно, даже сверх меры! Но это слишком! Такие деньги не потратишь даже на самые дорогие тряпки!

Генерал ощупал мою ладонь. Будто по её состоянию кожи пытался понять, что я сейчас чувствую: дрожу ли, взмокла ли кожа от волнения. А меня и правда начинало слегка потряхивать от той злости, с которой он кричал.

— Где деньги, Эва? – спросил он таким холодным тоном, что я быстро поняла: уж лучше бы кричал!

— Я… я не знаю.

— Что?!

— Я не помню, Леогард! Честно!

Да, конечно, я знала, что это не поможет. И даже пронеслась мысль признаться, что я совсем не Эванджелина. Потому что разбирать за ней все оставленные проблемы казалось уже просто невозможным.

Но я лишь на секунду представила, как повела бы себя в такой ситуации на месте Леогарда. Мой муж просадил куда-то кучу денег, и когда я задаю ему логичный вопрос: на что же они были потрачены, он выдает мне: «дорогая, я не помню, я вообще человек из другого мира, который оказался в этом теле случайно».

Это ведь такая бредятина! Просто бредовее не придумаешь.

После такого заявления единственное, что меня может ждать – дурдом. И я не хочу проверять, насколько в этом времени развита психиатрия.

— Не помню, – повторила в отчаянии.

— Ох, как удобно! – рявкнул Леогард и резко бросил мою руку. Казалось, если он не сделал бы этого, то просто переломал бы мне кости от тог, насколько сильно сжимались его кулаки. – Ты правда думаешь, что я поверю?!

— Я могу позвать лекаря, который меня смотрел! Он скажет тебе! У меня правда провалы в памяти!

Генерал смолк на мгновение, а после заговорил с тихой яростью: