— Я делаю многое. Это не помогает, но я всё равно делаю. Напеваю. Глажу. Надеваю на него жилетку, которая якобы должна успокаивать. В основном просто часами объясняю, что гром ему не навредит. Но он мне не верит.

— Ему с тобой повезло, — сказала я.

— А мне повезло с ним, — ответил Хатч.

— Может, тогда у вас ничья.

ПЯТЬ МИЛЛИОНОВ ЧАСОВ спустя, когда Хатч наконец вытащил последнюю занозу и промазал все ссадины антисептиком, Девочки закончили плавать и подошли, чтобы поиздеваться над ним, собравшись полукругом вокруг моей задранной задницы, как будто разглядывали произведение искусства.

— Неплохое начало свидания, — заметила Надин.

— Это не свидание, — поправила её Бенита. — Это медицинская чрезвычайная ситуация.

— Ну скажите, какие они милые! — воскликнула Джинджер, обращаясь к Девочкам.

Со всех сторон раздались умилённые охи и ахи.

— Это больше слов, чем я слышала от Хатча за всё то время, что его знаю, — сказала Бенита.

— И о чём вы тут болтали? — поинтересовалась Надин.

Я обернулась и увидела, что Хатч уже закончил. Теперь он убирал аптечку.

Мне вдруг захотелось заступиться за него:

— Он извинялся за Джорджа Бейли, — сказала я, как раз в тот момент, когда рядом появилась Рю — теперь уже в накидке после купания и в широкой соломенной шляпе.

— Она выживет? — спросила Рю.

Сомнительно.

— Скорее всего, — ответил Хатч.

— Отлично, — сказала Рю. — Потому что ей ещё нужно пройти урок плавания.

Чёрт. Попалась.

— Она… она сюда за этим пришла? — уточнил Хатч.

Мне хотелось сказать «нет», но, конечно, ответ был «да». И Рю это знала.

Вот что значит врать — всегда рискуешь.

— Она не умеет плавать, — сообщила Хатч Рю. — Представляешь? В отпуск поехала в Кис, а купальник последний раз надевала в средней школе.

Боже. Я же ей это сама рассказывала. Почему я вообще это рассказала?

В этот момент Бенита подняла с пола моё полотенце и заколку с гибискусом и подошла ко мне. Она положила заколку на стол, а полотенце набросила мне на плечи. Оно оказалось больше, чем я помнила, и я с такой благодарностью в него укуталась — ровно в тот момент, когда Рю, весело выдавая все мои тайны, сказала Хатчу:

— Ей нужно научиться плавать до понедельника. Ты не мог бы дать ей пару частных уроков?

Как у неё получилось сделать так, что «частные уроки» зазвучали как нечто из взрослого кино?

— Я довольно занят, — сказал Хатч, бросив в мою сторону взгляд.

И тут Джордж Бейли подошёл ко мне и прижался, словно швартовался к пирсу. Я погладила его по голове.

Может, вся эта история с занозами в заднице — это своего рода благословение? Может, она поможет мне справиться с фобией купальников. В конце концов, этот человек уже видел больше моего тела, чем я сама.

— Тебе действительно нужно научиться плавать до понедельника? — спросил Хатч.

Был пятничный день.

— Мне просто нужно освежить навыки, — соврала я. — Немного подзабыла.

Хатч нахмурился по-настоящему.

— Мне не надо олимпийское золото, — продолжила я, повторяя слова Бениты. — Главное — поднатаскать собачий стиль.

— Не уверен, что на это хватит времени, — сказал Хатч. — Даже для собачьего стиля.

— Я возьму всё, что смогу, — сказала я. Лучше хоть что-то, чем ничего. — Всё, чему успею научиться до понедельника — мне подойдёт.

Но он покачал головой.

— Я занят в эти выходные.

Хотя… если подумать, всё ведь не так срочно. В понедельник я начинаю на авиабазе, но первые пару дней обычно уходят на обустройство и ознакомление.

— Вообще, даже если это будет после понедельника — тоже сгодится.

Хатч по-прежнему выглядел серьёзным7

— Думаю, что-нибудь придумаем.

— Спасибо, — сказала я. — И спасибо, — добавила, — за то, что вытащил из моей задницы все эти занозы.

Хатч с трудом сдержал улыбку и ответил:

— Обращайся.

6

6

БИНИ НЕ МОГЛА поверить, что за всё это время я так и не представилась Хатчу как его будущий видеооператор. Она была потрясена.

— Этот мужчина ползал у тебя по заднице целую вечность, и ты не нашла ни единой минуты, чтобы сказать ему об этом?

— Предпочитаю термин «тазобедренная область», — сказала я.

— Ты должна была ему сказать, — настаивала Бини.

— Эм… я была слегка занята всепоглощающим стыдом, — ответила я. — Плюс меня поймали на лжи.

— Он ведь не знает, что ты соврала насчёт умения плавать.

— Пока нет. Но скоро узнает.

Бини кивнула.

— Это будет невообразимо неловко, когда ты увидишь его на авиабазе.

— Я всё равно не могла ему сказать, — продолжала я, всё ещё оправдываясь. — Коул велел ничего никому не говорить до начала проекта.

— Старушке, — уточнила Бини. — А этот парень совсем не старушка.

Нет. Он точно не был старушкой.

— Она была рядом, — сказала я. — Услышала бы.

— Просто знай: понедельник утром будет дико странным.

Спорить не стала.