Заинтересовавшись, он посмотрел на рисунок Бранимира. Вдоль проходов лежали кучи костей. Долион опустился возле одного изображения и нашёл кость с такой же резьбой, как у него в руке. Два соединённых круга напоминали знак бесконечности со стрелками. Похоже, такой знак был на всех костях. Он повернулся к другому рисунку: разветвлённый туннель тоже был устлан костями с этим символом.
Странно. Их так много.
— Извини, Бранимир. Хочу показать это Аллоре.
Долион обернулся и увидел, что Бранимир держится за голову. Лицо исказила боль.
— Ты в порядке?
— В порядке, — ответил тот, отворачиваясь.
Сжимая кость, Долион кивнул и поспешил прочь. Так увлёкся находкой, что едва не столкнулся с огромной паучьей статуей, преграждавшей путь. Отшатнулся, обогнул её и понёс кость по коридору к лестнице. Прежде чем успел подняться, наверху появились Аллора и Рикайя.
— Вот ты где, — сказала Аллора. — Мы искали тебя по всему Эйдолону.
— Да? Вам что-то нужно?
— Хотела спросить, не знаешь ли эликсир для изгнания демонов, — сказала Рикайя. — Кажется, в Маэвит вселился мерзкий демон.
Аллора толкнула её локтем в бок.
— Ты говорила, что хочешь средство для сна.
— Это тоже.
Долион прочистил горло и почесал голову.
— Боюсь, от демонов ничего нет. Но со сном помочь могу. Сначала ты не поможешь мне, Аллора? Мне в руки свалилась небольшая загадка.
— Конечно.
Она продолжила спуск.
— Что такое?
— Вот этот символ.
Он передал кость и указал на резьбу.
Аллора нахмурилась, изучая находку. Прикрыла глаза и нежно провела по ней пальцем.
— Он был корвикаи. Воином. Был ритуал. Их заперли. Всех… Они задыхались.
Она резко вдохнула, открывая глаза.
— Прокляты.
— Лунасиром?
— Не знаю. Эта кость старше тех, что мы изучали, минимум на две тысячи лет.
— Тех, которые вылетали из ладони Маэвит? — спросила Рикайя.
Когда Аллора кивнула, она тоже коснулась поверхности.
— Фу. Совсем не похоже на кость. Скорее…
Она скривилась.
— На варёное змеиное яйцо, которым Магда пыталась накормить меня утром. Отвратительно.
Долион кивнул.
— Иди со мной, Аллора. Хочу кое-что показать.
Рикайя вздохнула и вскинула руки.
— Пожалуй, пойду за компанию. Уж точно не собираюсь терпеть настроение упрямой богини, которая думает завоевать моего брата.
По дороге к Бранимиру Долион неловко оглянулся.
— Вы с Маэвит поссорились?
Она прищурилась.
— Это не Маэвит. Это захватчица, пытающаяся совершить Восхождение в её теле.
— Захватчица?
— Зевандер не рассказал?
— Чего?
— О боги, с чего начать? Маэвит разгадывала головоломку в книге, которую ты ей дал. Не знала примирийского слова «смерть». Я посоветовала спросить Зевандера, но она, видимо, не спросила. Позже нашла её без сознания.
Пока Рикайя говорила, Долион вслушивался, пытаясь за ней поспеть.
— Я пробовала разбудить, но она не шевелилась. Потом Зевандер попробовал.
Она замахала руками.
— И чудо: проснулась. Потом появились мутанты и…
Долион нахмурился, оглянулся и остановился почти у камер.
— Мутанты? Где?
— Здесь.
Рикайя покачала головой.
— Ради богов, Долион, где ты пропадал?
— Играл с пауками.
Она резко выдохнула и махнула рукой.
— Итак, как я говорила: появились мутанты, а Морсана — или Маэвит, — добавила она шёпотом, подмигнув, — выходит из замка и взрывает им кишки, словно в таверне «Чёрная соль» вечер похлёбки из белой фасоли. Потом смеет говорить со мной так, будто мы больше не подруги, и решает нажраться вина. Моего вина!
Она фыркнула и скрестила руки.
— Знала, что боги — пиздюки, но не знала, что ещё и невоспитанные пиздюки.
Долион погладил длинную белую бороду.
— При чём здесь Морсана?
— Если к слиянию лун Зевандер не соблазнит Маэвит пламенем, мерзавка, занявшая её тело, совершит Восхождение, и нам придётся жить с ней.
Происходящее было серьёзнее, чем Рикайя, возможно, понимала. Если Морсана совершит Восхождение, той Маэвит, которую они знали, больше не будет. Её душа, сама сущность, потеряется до тех пор, пока Морсана не отпустит. Если вообще захочет отпускать.
— О боги.
— Да. О грёбаные боги. Они меня уже порядком утомили.
Аллора бросила на неё сердитый взгляд.
— Следи за языком, Рикайя.
Долион обхватил подбородок. Мысли неслись.
— Нужно ему помочь. Если Морсана совершит Восхождение, Маэвит останется в…
— Калигорье? Да. Именно.
— Где он сейчас?
Рикайя пожала плечами.
— Приковывает её к кровати? Лучше немного подожди. Ничего хорошего не бывает от цепей на кровати.
— Долион! — напряжённо позвал Бранимир.
Долион обернулся и поспешил мимо статуи. Бранимир стоял на коленях, согнувшись над рисунками.
— Кажется… мы совершили… страшную ошибку.
Он застонал, держась за голову.
— Что такое? Что случилось?
Бранимир судорожно вдохнул и заскрёб пол, разбрасывая пергамент.