Долион потянулся. Пальцы хватали воздух, пока не поймали платье. Он дёрнул достаточно сильно, чтобы отбросить её.
Она рухнула рядом и зарыдала.
— Рикайя!
Торрин снова и снова вонзал нож в напавшего паука. При каждом жестоком ударе брызгала чёрная жижа.
Бранимир посмотрел на нить на полу, схватил конец и прыгнул по другую сторону портала.
Катушка подпрыгивала и разматывалась, катясь к отверстию. Долион заставил себя податься вперёд, протянул здоровую руку и схватил её, прежде чем она целиком исчезла за Бранимиром. Позволил вращаться на уцелевших пальцах.
Нить натянулась, вибрируя.
С ужасным треском лопнула. Конец опустился на пол.
Торрин бросился за Рикайей и Бранимиром, но с сотрясающим кости ударом врезался в каменную стену. Посыпалась пыль. Он упал на задницу.
Портал закрылся.
Глава 61
Маэвит
Сапоги хрустели по побелевшему подлеску. Зевандер легко нёс меня через лес. Рёбра ныли от отчаяния; по венам тянулся лихорадочный страх, пока я оглядывала поражённую растительность. Снаружи всё хранило спокойствие зимнего сна, но под тихой белой изморозью зловонная гниль обжигала горло. Я чувствовала, как лес увядает вокруг. Последние остатки жизни извивались, словно умирающий зверь, молящий избавить его от мучений.
Я прочистила горло, пытаясь прогнать приторный запах.
— Знаешь, я вполне могу идти сама.
— Вот женщина, которую я узнаю.
В голосе Зевандера звучало веселье. Он поцеловал меня в лоб.
— Она ведь не могла быть настолько плохой. Или могла?
— По-моему, использовать твоё тело для укрепления собственного рода — довольно плохо.
Его челюсть напряглась.
— Рикайя ей, похоже, не особенно нравилась. И Бранимир тоже.
— О нет. Скажи, что она не была к ним враждебна.
Он сжал губы.
— Доброй не была.
Я резко выдохнула и покачала головой.
— Я всё исправлю. С ними обоими.
Расстёгнутая маска свободно висела у его шеи. Я наклонилась и поцеловала шрам на щеке.
— Меня пугает, как легко она могла заманить меня остаться.
— Каким образом?
— Там был ты. Конечно, не настоящий, но порой я сомневалась. И наш сын.
— Сын?
Если сосредоточиться, я почти видела его. Тёмные волосы. Серебряные глаза.
— На руках он казался настоящим. Если бы не услышала твой голос, наверное, поверила бы.
Сжав губы, я перебирала кудряшку на затылке Зевандера.
— Он был прекрасным. Идеальным. Ложью.
Я вздохнула.
— Спасибо. За то, что стал моим маяком. За то, что пошёл против богов, судьбы и всего, что пыталось нас разлучить. Ты был прав. Сактон Крейн нашёл бы причину сжечь меня. Если не в этой жизни, то в другой.
Дрожащий вдох сорвался с губ: я вспомнила, как смотрела на собственную прежнюю смерть на костре.
Он замедлился и остановился. Густой лес поглотил нас обоих.
— Едва увидев тебя, я понял: ради тебя буду сражаться с адом и смертью.
— И сражался.
Улыбнувшись, я потянулась поцеловать его.
Сзади прокатилось низкое рычание. Зевандер резко повернулся к звуку, всматриваясь в пятнистый лунный свет, проникавший сквозь тьму.
— Что это? — спросила я.
— Если не ошибаюсь — а я надеюсь, что ошибаюсь, — огненный дрэйк.
Он поставил меня на ноги и тихо вынул меч.
Я посмотрела на белые стволы, вгрызавшиеся в темноту, словно зубы. Сосредоточилась, всматриваясь в упорную ночную пустоту. Странное серебряное свечение осветило промежутки, за которыми я прежде ничего не различала. Закрыв глаза, я ещё яснее услышала осторожные шаги и сопящее дыхание. Так отчётливо, что в воображении появились белые облачка пара. Я открыла глаза: всё осталось светлым, резким, словно среди дня. Вдали кралась фигура. Кончики чешуи ловили свет; ящероподобная форма не оставляла сомнений — огненный дрэйк.
— Он там, — прошептала я, указывая. — Между теми двумя деревьями.
Зевандер посмотрел туда, потом на меня.
— Ты его видишь?
Из-за деревьев вышли ещё два дрэйка, подкрадываясь к нам.
— Всех троих.
— Тихо отступаем из леса. Обороняться будет легче, если увидим нападение заранее.
— Почему они должны нападать?
Под сапогами трещал подлесок, пока я медленно отступала к открытому двору.
Ответ пришёл, когда дрэйки вышли из-за деревьев. Обычно золотистые глаза стали безжизненно-чёрными, издали похожими на пустые впадины. Из двух вздутых чёрных хелицер под верхними губами блестели хитиновые клыки.
— Раньше здесь напали мутанты. Я проверял дрэйков на укусы.
Почти незаметным движением Зевандер похлопал по бедру и груди, будто проверяя все клинки.
Я хотела спросить о мутантах, но заставила себя сосредоточиться.
— Тогда как?
— Падальщики, должно быть, слизали с земли разлитую кровь, прежде чем я успел её сжечь.
Первый бросился через разделявшее нас расстояние. Рука ударила меня в грудь, оттолкнув на шаг. Зевандер встал впереди, уже размахивая мечом.