» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 43 из 108 Настройки

Оказавшись в своей комнате, я беру одежду и иду в ванную. Включаю душ и позволяю пару заполнить комнату, оставив дверь приоткрытой для Гейджа. Стягиваю футболку через голову, бросаю ее в корзину для белья, избавляюсь от стрингов и захожу в кабинку, чтобы начать без него. Спустя пару минут я просто стою под горячими струями воды, решив взять паузу и переосмыслить свои жизненные решения, когда слышу звук, похожий на дверной звонок.

— Я открою! — кричит Гейдж, и я слышу, как его шаги тяжелым стуком спускаются по лестнице. Я выключаю воду и едва не выпрыгиваю из собственной кожи, когда открываю дверь ванной и слышу громовой голос Гейджа снизу.

— Какого хрена ты здесь делаешь?

 

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЕЙДЖ

Дыши, Гейдж. Не позволяй эмоциям взять над собой верх. Она всё еще биологическая мать Зои.

— Назови мне хоть одну вескую причину, по которой я не должен захлопнуть эту дверь перед твоим гребаным лицом, — цежу я сквозь зубы, стоя у двери, приоткрытой ровно настолько, чтобы мое тело закрывало весь обзор внутрь.

Кира стоит передо мной; в ее глазах нет ни капли раскаяния, зато в позе читается высокомерие. Я ненавижу это, и, глядя на нее, жалею о каждом разе, когда трахал ее. Осознание того, что она скрывала беременность, а потом бросила мою дочь так, словно та ничего для нее не значила, вызывает у меня тошноту.

Я бросаю взгляд на лестницу, понимая, что женщина, которая должна была бы стать матерью моей дочери, сейчас принимает душ наверху. Я снова поворачиваюсь к Кире с искаженным от гнева лицом, зная, что мне нужно заставить ее уйти как можно скорее.

— Я тоже рада тебя видеть, — фыркает она. — Послушай, я знаю, что должна всё объяснить...

— Нет. Я пас. Ты можешь убираться к чертовой матери с моей территории и больше никогда, блядь, не возвращаться. — Я делаю вдох и задерживаю дыхание, ведя обратный отсчет, чтобы сохранить спокойствие.

— Ты оставил ее? — Она кладет руку на дверь, не давая мне ее закрыть.

— А тебе какое, блядь, дело? Ты оставила ее в автокресле на моем крыльце посреди ночи. Что, если бы меня не было дома, Кира? Тебе это вообще приходило в голову? — Я уже кричу и понимаю, что нужно взять себя в руки, пока я окончательно не слетел с катушек. — Ты не сказала мне, что забеременела, скрыла это от меня, а потом просто подбросила ее с гребаным «прости».

— Я не хотела, чтобы ты нервничал, пока был в командировке. Я не смогла сделать аборт. Я пыталась. Но мне казалось неправильным лишать тебя шанса захотеть ее. Послушай, я знала, что между нами не было ничего, кроме секса. Видит Бог, это всё, чего я от тебя хотела. Ты был отличным трахом и никогда не привязывался, но давай смотреть правде в глаза, Гейдж. Ты правда считаешь, что годишься на роль отца? Как ты собираешься воспитывать ее, если вся твоя жизнь — это Корпус?

Я слышу шаги Але на лестнице, даже не оборачиваясь, и на моем лице появляется ухмылка. Хочешь быть мелочной сукой, Кира? Я тоже могу быть мелочным.

Я распахиваю дверь и наблюдаю, как вытягивается лицо Киры — ее самодовольная бравада исчезает в одно мгновение.

— Потому что о моей дочери отлично заботятся. И раз уж ты решила заявиться сюда, это избавит меня от необходимости тебя разыскивать. — Я хватаю со столика в прихожей папку с документами о назначении суда по лишению ее родительских прав и протягиваю ей. — Считай, что повестку ты получила.

Кира просматривает бумаги и смеется.

— Родительских прав лишают, только если ребенка собирается усыновить мачеха или отчим, Гейдж.

— Или если признают тебя непригодной. И, давай смотреть правде в глаза, так оно и есть. — Я указываю на камеру прямо над ней. — Заснял, как ты подбрасываешь ее, и этот разговор тоже.

Я оглядываюсь через плечо и вижу Але; она застыла на месте, ее волосы всё еще влажные после душа, но она полностью одета. Я бы почти предпочел, чтобы она спустилась голой и в одном полотенце, просто чтобы утереть Кире нос.

— К тому же, кто сказал, что ее не удочерят? — Я поднимаю бровь. — Кое-кто считает меня хорошим отцом. Может, я буду и отличным мужем. — Я захлопываю дверь перед ее носом, запираю замок, разворачиваюсь и преодолеваю разделяющее нас с Але расстояние в два широких шага.

— Она спит? — спрашиваю я, глядя на нее; моя грудь вздымается и опускается в такт ее дыханию.

— Да. Спит. Я проверила ее перед тем, как спуститься. — Але кусает губу, заглядывая мне за спину, чтобы посмотреть на дверь.

— Даже не думай о ней ни секунды. — Моя рука поднимается, обхватывая ее щеку и заставляя снова посмотреть мне в глаза.

— Она ее мать, Гейдж. — Я вижу эмоции и то, как она пытается их подавить — словно ее сердце вот-вот разорвется на части.

Ни за что на свете я этого не допущу. Я собираюсь показать ей, насколько неверно это утверждение. Кира, может, и дала жизнь Зои, привела ее в этот мир, но ее мать — Але. Она та, кто заботится о ней и любит ее. Але кормит ее и поет ей колыбельные. Але — та, кто будет рядом, пока она растет, бок о бок со мной.