Ожидая их, я ходил туда-сюда. Налил себе виски, а на кофейном столике оставил еще пару стаканов и бутылку к их приходу. Один стакан я уже выпил, но нервы это не успокоило.
— Что настолько важного, что ради этого тебе понадобилось оторвать меня от абсолютно ничегонеделания? — Ксандер вошел в гостиную. Увидев меня, он тут же сменил беззаботное выражение на обеспокоенное. — Господи, что случилось?
Если попросить их благословения было настолько тяжело, то как, черт возьми, я собирался сделать предложение Слоан? А если она скажет нет? От одной этой мысли в голове все понеслось по кругу.
Она ведь скажет да, правда? Все происходило быстро. Может, слишком быстро.
— Какого черта с ним происходит? — появился Генри, и я перестал мерить комнату шагами. Ксандер сел на диван, Генри устроился рядом.
— Слоан беременна? — Генри и Ксандер посмотрели на меня так, словно вопрос Ксандера действительно имел основания.
Впрочем, какие-то основания у него были. Когда дело касалось секса, с самоконтролем у нас было не очень.
— Что? — я покачал головой и сел на диван напротив них. — Нет.
Несколько минут в комнате стояла тишина. Генри и Ксандер неловко потягивали виски, пока я наконец не заговорил.
— Я попросил вас обоих приехать, потому что хочу кое о чем спросить, — они обменялись непонимающими взглядами, а потом до них начало доходить. Ни одна другая часть моей жизни не заставляла меня нервничать, но все, что касалось Слоан, неизменно вызывало реакции, которых я от себя не ожидал. Меня едва не тошнило, и скрыть это, судя по всему, не получалось. — Я хочу попросить вашего благословения, прежде чем сделаю Слоан предложение.
Мы двигались быстро, но я не хотел ждать. Я хотел, чтобы она стала моей женой. Хотел детей с ней. Хотел с ней всего того, чего никогда не думал, что смогу иметь. Она нашла во мне те части, которые я считал потерянными навсегда.
— Конечно, у тебя есть мое благословение, — Генри тепло улыбнулся, наполнил мой опустевший стакан и поднял свой для тоста.
— Ксандер? — спросил я. Он уставился в свой стакан, и я замер.
— Ну естественно, — на его лице растянулась улыбка. Он поднял стакан.
— За приобретение, которое наконец заставило Маркуса Саттона попотеть, — провозгласил Генри. Наши стаканы звякнули. — И, пожалуйста, никогда не говори Слоан, что я назвал ее приобретением, — добавил он со смехом. — В лучших традициях Риши Амари дед хотел, чтобы семейное кольцо досталось тому, кто первым вступит в брак. Кажется, он оставил его моей маме.
— Да, об этом я тоже хотел с вами поговорить, — я достал из кармана три кольца. Все три лежали в одной бархатной коробочке: фамильное кольцо Амари, кольцо, которое выбрал я, и кольцо моей матери.
— Мы поняли. Ты ее любишь, — рассмеялся Ксандер и взял кольца, но остановился, увидев знакомое. Кольцо нашей матери. — Ей не нужны три.
Несколько мгновений он молча смотрел на него.
— Мама оставила свое кольцо мне, — сказал я.
По лицу Ксандера невозможно было что-либо прочесть. Он так и не прочитал ни завещание, ни другие документы, связанные с наследством родителей. Всем этим занимался я. Погрузившись в мысли, он прикусил губу, и эмоции едва не пробили его привычную беззаботность.
— Если ей понравится, пусть носит, — Ксандер улыбнулся, глядя на кольцо. — Но, если честно, думаю, ей больше понравится то, которое ты выбрал для нее.
Ксандер шмыгнул носом и отступил на шаг.
— Подожди, — сказал он, возвращая мне кольца. — А кто будет твоим шафером?
— Сначала она должна согласиться.
— Согласится, — одновременно ответили они.
Я почти не думал о шафере: слишком много мыслей занимали кольцо и само предложение. Я просто предполагал, что им будет Генри. К тому же Слоан ни за что на свете не отдаст мне Ксандера.
— А кто будет подружкой невесты у Слоан? Или правильнее сказать дружком? — намерения Генри были прозрачны. — Потому что, если не Ксандер, тогда Пене…
— Даже не знаю, Генри. Как думаешь, кого Маркус предпочтет в качестве организатора ее девичника?
Я уронил лицо в ладони. Ксандер переключался между поразительной искренностью и абсолютным хаосом быстрее, чем большинство людей успевало моргнуть.
— Когда ты собираешься это сделать? — к счастью, Генри сменил тему.
Эту часть я уже продумал.
— Сделать что? — голос Слоан донесся из коридора. Я быстро сунул коробочку с кольцами обратно в карман, и мы втроем попытались принять непринужденный вид. Почему внезапно это оказалось совершенно невозможно, я понятия не имел. Она прищурилась, глядя на нас: Генри и Ксандера она ждала только через несколько часов, и ни один из них не был одет для вечера.
Она сделала еще несколько медленных шагов к дивану. Волосы были собраны в элегантный пучок, как в ночь прошлогоднего бала.
— Что?
— Ничего, — Генри поднялся и посмотрел на Ксандера. — Нам пора.