» Любовные романы » Любовная фантастика » » Читать онлайн
Страница 23 из 40 Настройки

— Эта девушка, — она махнула рукой в сторону места, где только что стояла Чарли, — особенная. И она очень много значит для людей, которые здесь живут. Видишь вон того парня? — Мер кивнула в сторону дальней кабинки, где лежал второй набор для раскрашивания. Мужчина смотрел на пустое место напротив себя, словно терпеливо ждал появления друга. Он был здоровенным, ростом никак не меньше метра девяноста восьми, и весил, наверное, килограммов на двадцать с лишним больше меня. — Если ты обидишь Чарли, он переломает тебе позвоночник на пятьдесят два кусочка. Усвоил?

Я некоторое время разглядывал мужчину, не желая обидеть подругу Чарли. Для человека он выглядел довольно устрашающе, этого у него не отнять. Но всё равно оставался человеком. И всё же я поймал себя на том, что эта девушка — Мер — со всеми её угрозами расправы мне почему-то нравилась. Её привязанность к подруге приятно удивляла. Она напоминала ту самую готовность идти друг за друга в огонь и воду, которую должны были проявлять члены наших отрядов в штаб-квартире.

Я медленно повернулся к ней, чувствуя странное беспокойство от убийственного взгляда, полностью вытеснившего из её глаз то почти детское выражение, которое было в них всего несколько минут назад. Я кивнул и начертил пальцем крест на груди.

— Я никогда не причиню вреда твоей подруге. Обещаю.

И хотя я никогда не стал бы причинять кому-либо вред, особенно человеку, которого поклялся защищать, это обещание окутало меня теплом, словно мягкое одеяло. Дело было уже не только в долге. Я искренне хотел уберечь Чарли от любой опасности. Возможно, даже сильнее, чем когда-либо прежде хотел защитить какого-либо отдельного человека — или вообще кого бы то ни было.

Эта женщина была права. Чарли была особенной.

— Это значит «честно-пречестно», мам, — пояснил мальчик, с трудом выговаривая слова, поскольку дожёвывал последний кусочек завтрака. — Я всё. Можно я пойду поговорю с Тексом?

Строгое выражение лица Мер смягчилось, когда она посмотрела на сына.

— Да, но только если пообещаешь взять с собой молоко и выпить всё до последней капли.

Мальчик начертил крест на собственной груди и спрыгнул со стула, нисколько не сомневаясь, что мать поймает его и поможет благополучно приземлиться.

Так и случилось.

Вся напряжённость мгновенно исчезла с лица Мер, и она вдруг расплылась в сияющей улыбке, обнажив ровные, ослепительно белые зубы. Она помогла сыну твёрдо встать на ноги, а затем взъерошила ему волосы.

— Пока, Бишоп! — крикнул мальчик, направляясь к кабинке и расплёскивая по дороге капельки молока. — Давай потом поиграем!

Здоровяк, Текс, если я правильно запомнил его имя, мгновенно преобразился, едва мальчик к нему подошёл. Не мешкая ни секунды, он подсадил малыша на сиденье, и они тут же принялись выбирать картинку для раскрашивания и необходимые для неё мелки. Склонив головы друг к другу и одинаково широко улыбаясь, они погрузились в разговор, к которому никого из остальных не приглашали.

Люди здесь жили в каком-то совершенно необычном ритме. Словно все они участвовали в сложном музыкальном представлении, а я один не знал движений.

Как ни странно, я поймал себя на том, что почти завидую им.

— Вот и отлично, — произнесла Мер, вновь привлекая моё внимание к себе и своей неправдоподобно счастливой, но при этом удивительно искренней улыбке. — Потому что ты чертовски горяч, Дев тебя не возненавидел, а я никогда не видела, чтобы моя девочка так краснела… — Она задумчиво покачала головой из стороны в сторону. — Да, пожалуй, вообще никогда. Так что надеюсь, ты задержишься здесь ненадолго.

И хотя я никогда не признался бы в этом вслух и не позволил бы себе задумываться об этом дольше одного-единственного мгновения, где-то очень, очень глубоко внутри какая-то часть меня хотела именно этого.

ЧАРЛИ

Я смотрела, как маленькая капля растекается по лицу Терры. За последние несколько лет на эту фотографию пролилось столько слёз, что казалось, будто она впитывает очередное ритуальное подношение. Чудо, что я до сих пор могла различить лицо девочки. На снимке она была совсем маленькой, с глазами на несколько оттенков темнее, чем у Дева, тёмными кудряшками и беззубой улыбкой.

На фотографии она заливалась безудержным смехом — тем самым заразительным смехом от всей души, который даже казался нереальным. Он был таким живым, до краёв наполненным радостью. От одного воспоминания об этом смехе в груди образовывалась пустота. Гулкая, бездонная.

Девочка уютно устроилась в объятиях матери. В руках, так похожих на мои.

Джей.

От одной мысли о том, каково было бы оказаться на месте дочери и самой очутиться в её объятиях, меня накрыла волна горя, от которой все мышцы одновременно напряглись и обмякли.

Четыре года.