Но под повязкой обнаружилась жуткая рана. На первый взгляд она не слишком походила на укус. Во всяком случае, не на тот, каким я представляла себе укус вампира. Хотя на шее виднелись две небольшие дырочки, более глубокие, чем остальная рана, и расположенные на подозрительном расстоянии друг от друга — как раз между клыками, — сама рана была растянутой и продолговатой.
В памяти мгновенно всплыло, как я вонзила электрошокер в живот мужчины. Ди, кажется, он так представился? Его зубы вырвались из моей шеи под неестественным углом, оставив после себя не аккуратные следы укуса, как в типичном сериале про вампиров, а самую настоящую жуткую рваную рану, которая теперь понемногу покрывалась коркой. Вокруг виднелись синяки, превращавшие мою шею в уродливую картину из зелёных и фиолетовых пятен. По телевизору после укусов вампиров никогда не оставалось синяков. Наоборот, женская шея выглядела нежной и безупречной, а о том, что вампир попробовал её на вкус, свидетельствовали лишь две крошечные дырочки на алебастровой коже. В этом всегда было что-то почти… сексуальное.
А вот это совершенно точно не было сексуальным. Это было больно и до ужаса страшно.
Отражение постепенно расплылось, пока я уже не могла различить очертания борозд и углублений на коже. Когда я перевела взгляд с шеи обратно на лицо, то поняла, что глаза заволокло слезами.
Я прикоснулась пальцем к щеке и поймала одинокую слезинку. Я не из тех, кто плачет. Практически никогда. По крайней мере, при людях. Но если уж и существовал достойный повод разреветься, то осознание того, что вся твоя картина мира разлетелась на миллион крошечных неровных осколков, вполне подходило.
Вампиры существовали на самом деле. Я встретила одного из них. Я, блядь, сходила с ним на свидание. И он на меня напал.
У основания черепа пульсировала тупая боль. Наверное, она мучила меня с самого пробуждения, но утренние потрясения и выброс адреналина на время заглушили её. Я осторожно прижала ладонь к затылку и поморщилась. Там красовалась огромная круглая шишка. Таких в фильмах про вампиров тоже не показывали.
Я попыталась вспомнить, что произошло после того, как я ударила электрошокером этого… вампира, но в памяти сохранился лишь тихий звон дверного колокольчика, после которого всё погрузилось во тьму.
Значит, я ударилась головой и потеряла сознание. Наверное, оно и к лучшему. Мне хотелось помнить как можно меньше о событиях минувшей ночи.
Я приехала в «Лодж», чтобы чувствовать себя в безопасности, чтобы сбежать от прошлого. Я не хотела, чтобы мои демоны — на этот раз вполне реальные — настигли меня и разрушили ту маленькую жизнь, которую я сумела здесь построить. На это ушли годы, но наконец я была счастлива. Или, по крайней мере, почти обрела душевный покой и двигалась по дороге, которая, кажется, вела к счастью.
У меня свело живот, когда в мыслях внезапно возникли лица Мер и Дева. Что, если вампир добрался и до них? Что, если вчера я была не единственным блюдом в его меню?
Я не могла их потерять. И не позволю этому случиться.
Словно одна эта мысль могла придать мне храбрости, я выпрямилась и посмотрела, как выражение моего лица меняется: вместо испуганной девчонки в зеркале появилась женщина, которую я узнавала. Я была Чарли, мать её, Уильямс. Я пережила все удары, которые преподносила мне жизнь, даже когда, казалось, не должна была выжить. Переживу и это. И уж я, блядь, позабочусь о том, чтобы немногочисленные дорогие мне люди тоже остались живы.
Я распахнула дверь ванной и бросилась обратно в спальню.
Девушка исчезла, хотя дверь на лестницу была открыта и снизу доносилась негромкая возня, так что я подозревала, что она спустилась на первый этаж. И хозяйничала на моей кухне. Без приглашения.
Отогнав эту мысль, я глубоко вдохнула и встретилась взглядом с мужчиной. Он сидел на моей кровати, выпрямив спину. Футболку он снял и теперь медленно разматывал марлю, ровными аккуратными слоями обёрнутую вокруг его туловища.
При виде него у меня перехватило дыхание. Сухие мышцы и чётко очерченные линии тела, словно он сошёл со страниц каталога мужской одежды. Грудь покрывала лёгкая поросль волос, и мой взгляд ненадолго задержался на тёмной дорожке, спускавшейся к поясу его брюк.
Мою кожу обдало жаром, когда я вспомнила, в каком положении проснулась сегодня утром. Его сильная рука обнимала меня, укрывая своим теплом и крепко прижимая к себе. На мгновение я снова ощутила его грудь у своей спины, словно мы до сих пор лежали там, тесно прижавшись друг к другу, как уютно устроившаяся в постели парочка.
— Э-э… — начала я, но слова застряли в горле, и мне пришлось прокашляться. Когда мужчина поднял глаза и встретился со мной взглядом, живот неприятно сжался, но я всё равно заставила себя продолжить: — Мои друзья. Тот мужчина… — Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь взять себя в руки, пока мир вокруг слегка кружился. — Тот вампир причинил кому-нибудь ещё вред?
Мужчина покачал головой, и облегчение опустилось на меня тяжёлым якорем.
— Нет, сомневаюсь, что прошлой ночью он успел напасть на кого-то ещё. Но у меня такое чувство, что он вернётся.
И вот моему облегчению пришёл конец.