Тристан сжимает мое бедро.
— Я имею в виду тебя, Деми.
— Я знаю, — смеюсь я, накрывая его руку своей.
— Ты хоть представляешь, как сильно я тебя люблю?
— Примерно настолько же, насколько я люблю тебя.
— Сильнее.
— Не думаю, что это возможно.
Он смотрит на меня, и по его глазам я вижу, насколько он серьезен, насколько искренен.
— Возможно, — говорит он. — Обещаю.
Мне не хватает слов, чтобы ответить на такую безоговорочную искренность, поэтому я подношу его руку к губам и целую костяшки пальцев, а потом прижимаю ладонь к груди. Может быть, он чувствует, как мое сердце бьется только для него, как навсегда оставило для него место, и как это место принадлежит ему.
В поле зрения появляются маяк и домик Блу на холме, а за ними — море. Чем ближе вода, тем спокойнее становится на душе.
— Хочешь проверить, дома ли твоя сестра? — осторожно спрашивает Тристан.
Я киваю.
— Можем припарковаться у нее на подъездной дорожке и оттуда спуститься на пляж.
Когда мы подъезжаем, я замечаю, что джипа Блу нет, зато стоит грузовик Ноа. Он складывает дрова в нишу вдоль стены ее дома. Как мило.
— Между Ноа и Блу что-нибудь происходит? — спрашивает Тристан, ставя универсал на парковку.
Я пожимаю плечами.
— Все сложно. Лично я думаю, что Ноа всегда был влюблен в Блу. Но они лучшие друзья еще с детского сада, и, насколько я знаю, между ними никогда ничего не было.
Мы выходим из машины, и Ноа приветственно машет нам, укладывая очередную охапку дров в кучу Блу.
— Подрабатываешь лесорубом?
— Не-а, просто были лишние дрова, решил завезти.
Я почти гарантирую, что просто лишних у него не было. Готова спорить на деньги, он нарубил больше специально для Блу.
Ноа протягивает руку Тристану.
— Привет. Я Ноа.
— Тристан, — отвечает тот, крепко пожимая ему руку.
Ноа улыбается.
— Блу тебя не очень любит.
— Ноа. Грубо, — укоряю я.
— Извини, — пожимает плечами рыбак. — Если тебе станет легче, Блу вообще никого особо не любит.
— Она дома? — спрашиваю я.
— Нет. Уже несколько дней как уехала из города.
— Уехала? Куда?
Ноа даже смущенно опускает взгляд и чешет затылок.
— Мне нельзя тебе говорить.
Мне ненавистно, что я не знаю, где моя сестра, и что даже не знала, что она уехала из города. Обычно она рассказывает мне все. Я достаю телефон, чтобы проверить ее местоположение, но приложение показывает: «Местоположение недоступно».
— Она уехала в Нью-Йорк с Китти и Микки? — спрашиваю я.
— Нет. Но больше я ничего сказать не могу, — отвечает Ноа.
Я фыркаю.
— Ты хотя бы можешь сказать, как она?
— Зла как черт, — усмехается Ноа, и его карие глаза поблескивают за очками в тонкой металлической оправе.
— Когда она вернется?
Ноа долго смотрит на меня, потом вздыхает, сжалившись.
— Она сказала, что вернется к Хэллоуину.
К Хэллоуину может быть уже слишком поздно.
— Спасибо, Ноа, — подавленно говорю я, затем беру Тристана за руку и веду вокруг домика к лестнице, спускающейся на пляж.
Берег здесь в основном покрыт мелкими гладкими камнями, а не песком. Мы с Тристаном находим относительно сухое и ровное место и садимся рядом. Для осеннего дня океан довольно спокоен. Мягкие волны в нежном ритме накатывают на каменистый берег. Морской воздух приятно холодит кожу и наполняет легкие.
— Я почти забыл, каким красивым бывает это место, — говорит Тристан.
Мы устраиваемся поудобнее, и он притягивает меня к себе. Я сижу между его ног, спиной прижавшись к груди, а он обнимает меня, окутывая своим теплом. Я чувствую мягкий стук его сердца у своего позвоночника.
Небо над нами только начинает розоветь.
— Когда ты в последний раз видел закат над океаном? — спрашиваю я.
— Давно. Еще до смерти.
— Ты скучал по этому?
— Очень.
Если со мной все закончится плохо, я знаю, что буду скучать по этому. Скучать по стольким вещам.
Тристан убирает волосы с моего лица, чтобы поцеловать в щеку.
— О чем ты думаешь? — тихо спрашивает он.
Я могла бы отшутиться, сказать что-нибудь, чтобы сохранить легкость момента, но сейчас не уверена, что у меня хватит на это сил. Если начистоту, думаю, Тристан заслужил право увидеть и темные стороны меня, и мою уязвимость. Он так много мне дал, а я могу дать ему хотя бы это.
— Я боюсь того, что будет дальше, — говорю я.
— Я тоже.
Тристан обнимает меня чуть крепче.
— Я ни за что тебя не отдам. Но просто хочу, чтобы обстоятельства сложились иначе.
— Мы найдем выход.
— А если нет? — спрашиваю я.
По небу протягиваются лавандовые полосы, розовый цвет становится багряным, а облака превращаются в янтарные клубы света. Все краски отражаются в тихо колышущейся воде. Это так красиво.