» Фэнтези » » Читать онлайн
Страница 92 из 138 Настройки

— Фирменная сладость Звездного двора. А эти особенно хороши: внутри разные начинки. Купил их вчера утром в отеле, но вспомнил только сегодня. Впрочем, они наверняка еще свежие.

Анджела откусывает одну, и глаза у нее расширяются.

— Клубника! Моя любимая.

Взгляд Монти скользит ко мне, и сердце переворачивается в груди.

Так происходит каждый раз, когда он смотрит в мою сторону. Воздух между нами словно дрожит от невидимого напряжения. Возможно, мне лишь кажется, но при встрече наших глаз его дыхание становится поверхностнее.

— Не хочешь попробовать свою, дорогая Даффи?

Даже голос звучит напряженно, когда он обращается ко мне.

Качаю головой, пытаясь прояснить мысли, и отрываюсь от грозово-серых глаз Монти, чтобы рассмотреть тарелку.

О луми я слышала еще во время тура «Сердцебиения», когда мы были в Люменасе — городе Звездного двора, где теперь живут Эдвина и Уильям. Один из наших тогдашних друзей, Зейн, без конца расхваливал луми и настаивал, чтобы мы непременно их попробовали, пока находились в городе. Но я так этого и не сделала.

Слегка опускаю голову и принюхиваюсь к тарелке. Ноздри наполняют ароматы сахара, сливок и чего-то насыщенного, солоноватого. Беру один шарик теста и откусываю. Слегка хрустящая обжаренная корочка уступает место воздушной мякоти. Со вторым укусом добираюсь до начинки и теперь уже сама издаю восторженный звук.

— Это бекон?

Монти отпивает чай, не отрывая от меня взгляда.

— Засахаренный бекон с кленовым кремом.

Анджела вытирает сахар с губ и смеется.

— Засахаренный бекон со сливками? Почему ты выбрал для Дафны такое странное сочетание?

Уже открываю рот, чтобы рассказать о своей любви к бекону, но Монти отвечает первым, по-прежнему глядя мне в глаза:

— Бекон — любимая еда Даффи.

Сердце снова переворачивается. Возможно, глупо так растрогаться из-за бекона, но я ничего не могу с собой поделать. Щеки вспыхивают, и, чтобы спрятать довольную улыбку, целиком запихиваю в рот один луми. Монти наблюдает, как я пережевываю его совсем не по-дамски, и уголок его губ приподнимается.

— Ты сильно изменился, брат, — говорит Анджела, отпивая чай, а затем с любопытством рассматривает его. — В последнее время стал таким внимательным. И на свадьбе совсем не досаждал окружающим, хотя я ожидала обратного.

Она права. Той стороны Монти, о которой Анджела рассказывала в начале поездки, я так и не увидела. Зато исполнилось мое желание узнать его глубже.

Я стала свидетелем неприкрытых чувств, открытости и уязвимости, которых он прежде не показывал. Видела, как во время церемонии по его щекам текли слезы. Чувствовала, как он обнимал меня — так крепко, как не делал еще никто. Мы смеялись, танцевали и забирались на столы. И, конечно, были еще предварительные ласки перед зеркалом...

Щеки обдает жаром, поэтому остаток сладости торопливо запиваю чаем, а затем обмахиваю лицо рукой, словно напиток оказался слишком горячим.

— Все выходные ты вел себя как почтенный джентльмен, — продолжает Анджела. — Это даже немного пугало. Ни с кем не флиртовал и совсем не танцевал. Хотя я знаю, как ты относишься к танцам.

Последние слова она произносит, лукаво взглянув на меня, словно мне тоже известно о его неприязни.

Но мне неизвестно. Я видела обратное.

«Мне нравится танцевать. С тобой».

Анджела продолжает:

— Осмелюсь предположить, несколько дам были разочарованы. Весь вечер пытались поймать твой взгляд, но ты не удостоил их даже утешительным вниманием. Поначалу я решила, что ты слишком занят, присматривая за нашей дорогой Дафной. Но даже после ее ухода с бала ты не расслабился и ни с кем не заигрывал.

Монти наконец отводит от меня взгляд и неловко ерзает на стуле. А я сияю от самодовольства. Мне даже не приходило в голову, что после моего ухода он мог провести ночь с любовницей. Но известие о том, насколько отстраненно он вел себя без меня, доставляет куда больше удовольствия, чем можно было представить.

Пусть ничего непристойного и не произошло, я знаю, каким кокетливым он умеет быть. Может, просто не мог избавиться от своей печали? Или...

В груди снова вспыхивает искра надежды, и я стараюсь не задумываться, что она означает. Как отчаянно мне хочется быть причиной его сдержанности. Хотя, возможно, он просто старался не вести себя как мудак на свадьбе лучшего друга.

— Я был не в настроении флиртовать, — беспечно отвечает Монти. — Обязанности шафера требуют всей серьезности.

— Полагаю, теперь, когда ты работающий мужчина, у тебя развилась отличная трудовая этика. Я тобой горжусь.

— Моя дорогая сестра гордится, что я не устроил скандал и не вел себя как похотливая свинья. Думаю, высшая степень уважения наконец достигнута.

Анджела закатывает глаза на его сухой тон, затем поворачивается ко мне.

— Тебе понравилась свадьба? Удалось закончить иллюстрацию?

— Я значительно продвинулась, — отвечаю, расправляя плечи от гордости.