» Фэнтези » » Читать онлайн
Страница 31 из 31 Настройки

Я бы тоже пошёл. Ночью, один, с ящиком через плечо. Не потому, что поверил бы записке. Потому, что в ней единственной за весь год не было ни слова про деньги.

— Он не захочет назад, — Бор отвернулся к огню.

Мы посмотрели на Бора. Он стоял у камина и грел спину.

— Я всё думаю, с чего Бранд не спит. И с чего тот, наверху у него или где он есть, за трое суток не назвался. Положим, в первую ночь не поверили бы. А наутро? Ему стоило назвать Келля. Сказать: пошлите во дворец, к порожному, пусть придёт и глянет. Бранд бы послал. Бранд бы на брюхе пополз.

— Может, назвался.

— Тогда старик бы знал и не лазил по окнам. Нет. Он молчит. Сам, — Бор покачал головой. — Ему там, где он есть, не так уж плохо. Его там никто ни о чём не просит.

Я хотел ответить, что это догадка, а догадки по седьмому правилу мы называем догадками. Не успел.

В шкафу стукнуло.

Шкаф у нас стоит в углу приёмной, между доской и окном: дубовый, двустворчатый, запертый на ключ, которого у меня нет и никогда не было. Плюх сидел на ящике моего стола, когда мы уходили. Теперь на ящике его не было.

Створка распахнулась, и он выпал. Звук был тот самый, по которому его назвали.

Он сел на полу, отряхнулся, отчего по доскам разлетелся мелкий серый песок, и поглядел чуть мимо нас чёрными пуговицами. В зубах у него висела тряпка. Белая, мятая, сложенная в несколько раз. От неё пахло на всю комнату: кожей, дёгтем и ногами.

— Портянка, — Никс поморщился.

— Спасибо, — я вздохнул. — Положи.

Плюх подумал и разжал зубы. Тряпка упала, и внутри неё брякнуло.

Бор нагнулся первым. Он развернул её на ладони, двумя пальцами, брезгливо и бережно разом.

Ткань была не холст и не бумазея. Тонкая, плотная, с выработкой, с вышитой в уголке меткой, какие ставят прачки в больших домах.

— Батист, — Адель потёрла ткань пальцами. — Кто носит батистовые портянки?

В портянке лежал перстень. Тяжёлый, золотой, с плоским тёмным камнем. На камне была вырезана арка, под аркой порог в одну черту, над аркой корона о пяти зубцах.

Этим камнем запечатаны указы, которые я видел на воротах всю жизнь. Этот оттиск стоял на бумаге восемьдесят шестого года, которую читали в Гельте у ворот.

— Он снял его с пальца, — проговорил Бор медленно. — Ночью, на бегу или ещё раньше, в проулке, когда понял, что бежит через воровской город. Завернул в портянку и сунул в сапог. Под пятку. Так делают все, у кого есть что прятать и нет кармана, которому веришь. Я сто раз находил: кольца, ладанки, зубы золотые.

— В сапог.

— В сапог. А сапоги с задержанных в Нижнем снимают, — он поднял на меня глаза. — И с того, которого капитан увёл под руку, тоже сняли. Сперва сняли, потом капитан сошёл и поглядел под фонарём.

— Бор.

— Они стояли под скамьёй. В караульне. В ряд, — он говорил всё тише. — Я на них глядел, пока Дирк ключи снимал. Я всегда гляжу на обувь, ты знаешь. Разбитые, подшитые, одни с обрезанными голенищами. И одни хорошие. Высокие, на каблуке, с подковкой на носке. Я ещё подумал: возчик, а сапоги офицерские. Украл, подумал.

— Сколько пар?

— Семь.

Он сжал перстень в кулаке.

— Семь пар, Рик. На шестерых босых в подвале. Я их видел и не счёл. Двадцать шесть лет считал и в первый раз не счёл.

📖 Увы, правообладатели...

К сожалению, мы не можем опубликовать полный текст данной книги из-за жалоб правообладателей. Для получения полной версии воспользуйтесь одной из ссылок ниже