Мои руки импульсивно тянутся к ней, желая материализовать эту мысль, но что-то блокирует мои запястья, сдавливая их. Бросив быстрый взгляд поверх своей головы, я хихикаю, забавляясь ситуацией. Мой маленький кролик хочет поиграть со мной, и впервые ей удалось связать меня, мстя за все те разы, когда я делал это с ней.
— Мне любопытно узнать, в чём заключается твой план, Эбигейл, — бросаю я ей вызов.
Мой голод и потребность в ней, волнующая ситуация и нервозность из-за потери контроля текут по моим венам, обжигая каждый дюйм моей кожи и делая твёрже мой член. Океанские глаза Эбигейл улавливают это движение, и они шокированно округляются при виде моего желания.
Ещё один смешок клокочет в моей груди от выражения её лица. Её зрачки расширены, но щёки краснеют от смущения.
Я ухмыляюсь, поддразнивая её.
— В чём дело, маленький кролик? Ты ещё не привыкла к моему большому члену? Тебе следовало бы привыкнуть. Ты уже принимала это несколько раз и будешь принимать всю оставшуюся жизнь.
Она бросает на меня неприязненный взгляд, в её взгляде опасный блеск.
— На этот раз я буду той, кто заставит тебя умолять меня остановиться, — говорит она, расправляя плечи, с мрачным обещанием в чувственном голосе.
Я приподнимаю бровь, глядя на неё, и на моих губах растягивается усмешка. Какое беззащитное маленькое создание. Я не могу дождаться, когда увижу её в действии и стану свидетелем того момента, когда она поймёт, что вырыла себе могилу. Потому что теперь мой маленький кролик не сможет избежать моей власти над её телом и разумом. Она ещё этого не поняла.
— Тогда давай посмотрим, на что ты способна, — бросаю я ей вызов.
Её взгляд томно скользит по моему телу, медленно лаская каждый дюйм, пока она перекатывает и посасывает нижнюю губу. Упираясь пятками в матрас, я приподнимаю бёдра и почти врезаюсь членом ей в лицо, вызывая потрясённый вздох Эбигейл.
— Как ты думаешь, детка, ты сможешь справиться с моим членом самостоятельно? — Я снова насмехаюсь над ней.
Её взгляд темнеет от наворачивающегося чёрного безумия, когда она стискивает челюсти.
— Это ты должен сказать мне, детка, — шипит она сквозь зубы, вызывающе приподняв бровь.
Прежде чем я успеваю ответить, она обхватывает рукой основание моего члена и скользит мягкими губами от моего кончика к задней стенке своего горла.
— Чёрт, — рычу я, когда жар проходит через меня, и стрела удовольствия пронзает мой мозг, внезапно заглушая все мысли. Ощущение её тёплого рта вокруг меня, её пальцев, крепко сжимающих меня, и её стона удовольствия, вибрирующего на моей чувствительной коже, — всё это ошеломляет меня.
Прежде чем я успеваю оправиться от этого потустороннего чувства, Эбигейл удаляется с мучительной медлительностью. Её шелковистый язычок проводит по всей длине до нижней части макушки, задерживаясь с тревожащим давлением на моих пульсирующих венах. Мои органы сжимаются от этого ощущения и при виде её глаз, направленных прямо на мои, в то время как её пухлые губы ласкают мой живот с нечестивой теплотой.
Она водит языком по моему кончику, втягивая щёки, чтобы пососать его, в то время как начинает накачивать его своей маленькой ручкой. Выпуская мой кончик с громким хлопком, огненный разряд пробегает по моему позвоночнику.
— Чёрт возьми, Эбигейл. — Экстатический рык вырывается из моей груди, но потребуется гораздо больше, чтобы я полностью потерял контроль.
— Ты восхитителен, — бормочет она хриплым голосом, чувственно облизывая нижнюю губу.
— Эбигейл… — Я предупреждающе шиплю, давая ей понять, что ей лучше не слишком играть с огнём, если она не хочет обжечься.
Ухмыляясь, она снова сосёт меня, принимая глубже, отчего слёзы текут по её щекам, а по коже пробегает дрожь, отчего маленькие розовые соски затвердевают ещё больше. Я погружаюсь в её похотливые глаза, когда мой член погружается глубже в её напряжённое горло, моё естество сжимается от блаженства. Она чертовски божественна.
Она проделывает тот же путь, что и раньше, но на этот раз она сосёт меня сильнее, и её рука ускоряет темп, накачивая меня быстрее, вырывая из моего горла оглушительный рёв.
— Что мы делали в ночь Хэллоуина, Деон? — Её решительный голос гудит. Другой рукой она захватывает мои яйца восхитительным захватом, обхватывая и массируя их, пока снова глубоко заглатывает меня.
Мои мышцы напрягаются от невыносимого удовольствия, и с каждой секундой сдерживание стонов становится всё ближе к невозможному. Я стискиваю зубы, сжимаю руки в кулаки и резко втягиваю воздух через нос. Вместо этого я ухмыляюсь.
— Постарайся вспомнить, маленький кролик.
То, как она отчаянно хочет восстановить свои воспоминания о той ночи, достойно восхищения. Но стену построила она сама. Я не создатель её защитного механизма. Я всего лишь создатель её растущего безумия.
Она поджимает губы, показывая мне свои зубы, когда она слегка погружает их в чувствительную кожу моего члена, задевая их в резкой ласке до самого кончика. Её мрачная угроза, прячущаяся в расширенных зрачках, лишь подливает масла в огонь моей собственной эйфории.