— Ты сама себе мастер мазохизма и садизма, Аделаида. — Он безжалостно ухмыляется.
— Как и ты, Деон. Разве ты не видишь, что влюбился в неё так же сильно, как мы влюбились в тебя? Разве ты не видишь, что начинаешь принимать свои чувства к ней так же, как мы к тебе? Что твоё злое сердце так же способно любить, как и наше? Любовь, которой ты всегда жаждал. Твои собственные демоны разговаривают с моими, Деон. Разве мы не самые совершенные родственные души, несмотря на бесконечное несовершенство нашего собственного разума? — Голос Эбигейл сливается с моим, и мы говорим в унисон, выражая нашу ужасающе безумную ненависть и любовь к Деону.
Наша одержимость Деоном. Наша потребность в Деоне. Наша преданность Деону.
Прежде чем этот разрушительный оргазм взрывается, и я погружаюсь в музыку слияния наших тел, разумов и сердец, он обвивает рукой мою шею, сильно сжимая.
Мои глаза закатываются, когда его толчки прекращаются, и он снимает меня с себя. Сдавленный крик застревает у меня в горле, когда меня разворачивает, и я с силой приземляюсь на спину. Пустое выражение его лица и безжалостный блеск в его глазах вызывают у меня мурашки по спине, и Эбигейл пытается вынырнуть из этой чёрной пропасти.
Я всё ещё задыхаюсь от хватки Деона и собственного разума, когда он яростно хватает меня за бёдра, раздвигая ноги, и одним жестоким движением засовывает свой член обратно.
— Чёрт! — Кричу я, прищурившись, слёзы восторга и боли текут по моим щекам.
— Побереги свои слёзы, маленькая психопатка, потому что сейчас я собираюсь трахнуть тебя так сильно, что ты заплачешь в экстазе, а потом заплачешь от боли, когда поймёшь, что не можешь любить такого психопата, как я. Я буду причинять тебе боль до тех пор, пока не уничтожу тебя, потому что единственный способ, которым я могу выразить свои чувства и любовь, — это терпение. Потому что никто никогда не учил меня, как делать это правильно, до тебя.
Его резкие слова пронзают меня. Моё зрение подёргивается, внутри меня всё колеблется, и я кричу про себя, когда меня хватают за лодыжки и поглощают в небытие.
Глава 39
Эбигейл
Кто победил?
Выныривая из своего бесконечного чёрного падения, я судорожно хватаю ртом воздух. И всё же больше всего у меня перехватывает дыхание не от того, что член Деона безжалостно толкается. Это его разрушительные слова. Слова, которые несут в себе ужасающую угрозу. Слова, которые разрывают моё сердце в клочья.
— Ты думала, что сможешь контролировать меня, Эбигейл? Ты думала, что ты сильнее меня? Ты думала, что сможешь полюбить такого монстра? Ты не можешь, маленькая дурочка. — Его холодный голос танцует в моих приглушённых ушах, увеличивая удушающую тяжесть у меня в груди.
Я отчаянно сжимаю его большую руку на своей шее, пока моя кровь сжимается под его безжалостной хваткой. Я качаю головой, пытаясь освободиться от его хватки и его резких слов.
Внезапный злобный смех клокочет в его груди, когда его член снова и снова ударяет по этому месту внутри меня, высасывая всю логику из моего мозга. И физическая потребность в воздухе, которую я испытываю в этот момент, отсутствует, когда вся моя сущность пугающе разрастается внутри меня, готовая отправить меня на небеса.
— Мой план сработал. Я манипулировал вами, подчинив вас своей власти и своей воле. Разве ты не видишь, что я промыл тебе мозги, чтобы ты была полностью в моей власти? Я заставил тебя влюбиться в меня, чтобы подтолкнуть тебя к тому, чтобы ты связалась с полицией и освободила меня.
Его слова поражают меня так сильно, что я почти ощущаю их горький и смертоносный привкус на языке. Моё сердце замирает в груди. Даже если я, шатаясь, теряю сознание, я могу сказать, что Деон чувствует себя лишённым своей силы в этот момент. Он хочет оттолкнуть меня, причинить мне боль, чтобы его любовь ко мне не победила его ненависть к самому себе.
Глубокие и сильные, его грубые толчки только усиливают безумное чувство моей любви и ненависти к Деону, поглощая каждый атом моего существа.
— Тобой было так легко манипулировать. Я привёл тебя именно туда, куда хотел, подталкивая к исполнению моих желаний. Потому что это было моим интересом с самого начала — отдать тебе свою власть, чтобы я снова обрёл свободу. И я знал, что единственный способ сделать это — проникать в тебя каждый день. Чтобы заставить тебя поверить во всё, что ты так отчаянно хотела услышать. Придумывать травматические истории из моего детства, чтобы подогреть твой интерес, просто чтобы подразнить твою потребность чувствовать себя могущественной перед таким больным человеком, как я. Заставить тебя поверить, что внутри меня растёт любовь, чувство, которое только ты была способна породить, усиливая твою одержимость мной.
Его дьявольский голос, исходящий из глубин его безжалостной души, разрывает моё сердце с такой силой, что сама смерть была бы сладким уходом по сравнению с мучительной болью, которую причиняет мне Деон.