Веки тяжелеют при воспоминании о том, как голова Итана была у меня между ног, как его голубые глаза пристально смотрели на меня, а короткие светлые волосы щекотали внутреннюю поверхность моих бёдер. Я цепляюсь за ощущение его языка на себе. Но ощущения, которые он мне подарил, не идут ни в какое сравнение с тем, что я испытываю от вибратора. Если честно, с Итаном всё было ужасно. Он нашёл мою точку G, и я умоляла его продолжать ласкать её, чтобы быстрее довести меня до оргазма, но этот идиот засунул пальцы слишком глубоко и потерял хватку.
Отгоняя леденящий холод рациональных мыслей, я погружаюсь в пульсирующее желание, нарастающее где-то в глубине живота.
Погружаясь в воспоминания о его голубых глазах, я утоляю этот сладостный голод. Но чем ближе оргазм, тем больше эти голубые радужки становятся чёрными как смоль, сияя адским пламенем. Его светлые волосы становятся чёрными, а губы изгибаются в дьявольской ухмылке, когда его бархатистый язык касается моего клитора сильными, уверенными толчками, посасывая его с идеальным, контролируемым давлением.
Это зрелище посылает волну удовольствия по каждому нервному окончанию, мои ноги и руки становятся горячими, а живот скручивается от блаженства.
— О, Боже. Да, вот так, — громко стону я, хватая ртом воздух.
Это давление в животе нарастает, подбираясь к груди, давя на лёгкие гнетущей тенью. Притягательная и пугающая тень. Мощная и дестабилизирующая тень.
Два длинных пальца проникают внутрь меня, изгибаясь и касаясь того чувствительного места… того места, от которого я схожу с ума.
— Ты уверена, что хочешь мне доверять?
Его скрипучий голос гудит в моих венах, отдаваясь в ушах, разрывая напряжение, и оно обрушивается на меня, как волна.
— Чёрт, Деон! — кричу я, зажмуривая глаза и погружаясь в блаженство оргазма.
Я двигаю бёдрами в поисках его, ноги дрожат, а киска в отчаянии сжимается в пустоте.
Всё ещё не оправившись от этого леденящего душу удовольствия, я убираю вибратор и широко распахиваю глаза, хватая ртом воздух.
Шокирующее осознание того, что я только что представила, как меня трахает мой пациент — Деон, — не укладывается в голове.
Прижав руку ко вспотевшему лбу, я безучастно смотрю в белый потолок своей спальни. Как, чёрт возьми, я могла вообразить такое безумие? Но самое главное — как, чёрт возьми, часть меня может хотеть, чтобы это произошло на самом деле?
Глава 3
Деон
Тревожные слова
Психопат.
Садист.
Нарцисс.
СМИ часто навешивали на меня эти ярлыки, и я их поддерживал. Потому что я такой и есть. Но за моими поступками скрывается правда, с которой обычные люди не готовы столкнуться.
Мне всегда удавалось скрываться и заметать следы, я был предельно осторожен и не упускал ни одной детали на месте каждого совершённого мной преступления. Я тщательно продумывал каждый свой жест, каждый сценарий, каждое убийство.
Благодаря мне мир избавился от некоторых из этих кусков дерьма, от человеческих отбросов, которые подвергали детей насилию, пыткам и издевательствам.
Мои действия были, есть и будут освободительными. Люди думают, что я просто сумасшедший психопат, монстр, совершающий бесчеловечные поступки, жестоко обрывающий жизни невинных. Но они не понимают, сколько педофилов бродит по улицам. Сколько их прячется в каждом доме. Сколько их среди представителей высших слоёв общества. Среди политиков, банкиров, полицейских.
Ошибка, которая привела меня сюда, заключалась в том, что я не перепроверил, все ли камеры в доме этого придурка были отключены. Одна из них была спрятана в вазе на камине в большой гостиной, которая частично запечатлела мою фигуру. На снимках нельзя было полностью идентифицировать меня, но они показали мой высокий рост и часть шрама у рта. Чёртов шрам.
Тем не менее, мне ещё не предъявили официального обвинения в совершении убийств, потому что у грёбаной полиции нет достаточных улик против меня. Я — потенциальный подозреваемый, и, поскольку им не нравится, что моя частная компания занимается разработкой программного обеспечения с искусственным интеллектом для распознавания лиц, эти придурки выбрали меня своей мишенью. Они до сих пор не знают, что сделали правильную ставку.
У Кармы иногда бывает охуенное чувство юмора.
Учитывая жестокость совершённых преступлений, они отправили меня в эту дыру, чтобы выяснить, не страдаю ли я психическим заболеванием. Они и не подозревают, что делают именно то, на что я надеялся. Потому что приговоры для лиц с психическими заболеваниями гораздо менее суровы по сравнению с умышленными преступлениями.
Так что это всего лишь вопрос времени, когда я буду манипулировать ими, чтобы подтвердить это.
Поскольку я уже начал манипулировать своей маленькой жертвой.
Вчера я был готов встретиться с обычным пятидесятилетним психиатром, который будет смотреть на меня с этим своим блядским чувством превосходства и заставлять меня говорить то, что ему нужно. Вместо этого меня встретила молодая женщина. Я почувствовал её невинную ауру, как только она вошла в комнату. Её прерывистые вздохи эхом отражались от стен и долетали до моего члена. Как только я услышал бешеное биение её сердца и вдохнул сладкий аромат апельсина, я решил, что поиграю с ней. Что она будет моей.