Слова сорвались с моих губ прежде, чем я успела себя остановить.
— Я бы с радостью присоединилась к ним в следующей раз.
Арамаз вздохнул, откладывая пергамент в сторону. Мы обсуждали это уже не в первый раз.
— Ты же знаешь, что ты нужна мне здесь. Пока мой брат сеет смуту, и нам предстоит еще столько сделать…
— Конечно, — ответила я и чувство вины захлестнуло меня за то, что я добавила ему забот. Не стоило мне об этом упоминать. Почему я всегда противоречу своим обязанностям? — Я просто подумала…
Что я могла бы исследовать эти земли хотя бы несколько дней, паря в своей духовной форме, свободная от любых ограничений, оставив на время все заботы позади.
— У нас еще будет время исполнить свои личные прихоти, когда мы сделаем все то, что поручил нам Всеотец.
От снисходительной улыбки на лице Арамаза мне стало только хуже. И, как и много раз до этого, я отвернулась от сулящих приключения карт и похоронила свою тягу к исследованию неизведанного глубоко внутри.
Идеальная слуга.
Решительно отмахнувшись от коварного шипения, звучавшего в моем разуме, я собралась с силами и приготовилась к предстоящей задаче. Самопровозглашенного Владыку Тьмы оказалось несложно отыскать: как только я вышла из Королевского Дворца, то сразу же заметила зловещее облако его магии посреди залитых светом зеленых холмов, как ясное предупреждение любому, кто осмелится приблизиться. Не то чтобы я когда-либо его боялась. Я отказывалась испытывать страх. Всякий раз, когда волоски на затылке вставали дыбом от его присутствия, я без колебаний приводила свое слабое земное тело в чувство успокаивающей вспышкой магии.
Укрывшись в тени Королевского Дворца, я смотрела на него, наблюдая, как его присутствие, казалось, поглощало свет вокруг. А затем я начала обдумывать свой план.
ГЛАВА
ГЛАВА
12
Рада
Поддерживая друг друга, мы с Ноктисом вошли в дом, а следом за нами и Бейн, отряхивающийся от дождевой воды. Я стиснула зубы от острой пульсирующей боли в запястье.
— У тебя ведь есть камень исцеления? — спросил Ноктис, помогая мне опуститься на стул за обеденным столом. — Нам нужно использовать его для твоей руки. Боюсь, это растяжение или перелом.
Он упрямо отказывался отдыхать, пока не осмотрит мою рану. С усталым вздохом я закуталась в принесенное им одеяло, наслаждаясь уютным теплом, которое постепенно прогоняло холод от моей промокшей одежды.
Я протянула ему истертый камень Огня.
— Этот можешь убрать на место, — сказала я ему, а затем быстро объяснила, где я храню свои лирстоуны. Несмотря на мое нежелание раскрывать все свои секреты, я понимала, что утаивать это больше нет смысла.
Ноктис накинул второе одеяло себе на плечи и направился на кухню за лирстоуном. Ощущение бессилия вспыхнуло во мне, когда он вернулся и осторожно приложил его к моему пульсирующему запястью. Мне не нужно было слышать зловещее гудение исцеляющего камня, чтобы понять — мои дела плохи.
Создатель, как же я справлюсь, если сил камня не хватит, чтобы меня исцелить? Мои животные, ферма… Я была им нужна. Не говоря уже о том, что был большой риск, что из бывших последователей Ноктиса за ним охотился не только Вултарон.
— Ты сможешь исцелить себя сама? — спросил Ноктис и, встретившись со мной глазами, присел. Его взгляд был полон сострадания. И беспокойства. Я решительно проигнорировала и то, и другое.
— Исцелять самого себя бесполезно: когда тебя самого терзает боль, сложно сплетать нужные узоры, они слишком утонченные. — Я сделала глубокий вдох. — К тому же, камень способен залечивать лишь легкие раны. Можно ускорить выздоровление, но пройдет еще несколько декад, прежде чем я рука начнет полноценно работать. — Глаза защипали от слез. Произнести это вслух оказалось еще тяжелее.
— Есть поблизости целитель, который мог бы тебе помочь?
Я покачала головой.
— Ближайший целитель в Далате. Добираться туда два часа верхом. — Я потерла висок, борясь с очередным приступом тошноты. — Да к тому же, если Кирей начнет меня лечить, то он поймет, что я не принадлежу к Людям, так что этот вариант отпадает.
— Хорошо, — сказал Ноктис, потянувшись к исцеляющему камню. — Тогда попробую я.
— Твои навыки целительства ужасны, — ответила я, закашлявшись, когда желчь подступила к горлу. Проклятье, мне так плохо, значит запястье точно сломано, и…
Живот свело спазмом, и меня вырвало прямо на пол.
Следующие мгновения промелькнули, как в тумане: волна за волной тошнота заставляла меня сгибаться пополам и извергать содержимое желудка, пока, к счастью, мое тело не решило, что он пуст. Кто-то осторожно придерживал мои волосы и гладил по спине круговыми движениями. Когда все наконец закончилось, я могла лишь закрыть глаза и уронить голову на стол, совершенно обессилевшая. Исчезнет ли все это, если я достаточно долго просто постараюсь этого не замечать?