» Любовные романы » Любовная фантастика » » Читать онлайн
Страница 37 из 244 Настройки

Никто не утруждал себя моими поисками, да и они не стали бы это делать, повинуясь приказам Всеотца. Я втайне надеялся, что братия присоединится к моему восстанию. Но было очевидно, что этого не произошло. Даже Арамаз, который, как я верил, отправился бы бы со мной куда угодно. Нет, он был провозглашен королем этого нового мира, нашим лидером, — возможно, в награду за свое предательство.

Идеальный слуга.

Во мне поднялась ярость, такая же холодная и всепоглощающая, как и окружающее меня уныние. Моя сила ударила по воздуху темной волной, разрушительной и дикой, и то, как она разрывала на части все на своем пути, принесло мне хотя бы краткий миг удовлетворения.

Но он был недолгим. Брат не пришел. Глубоко внутри я, должно быть, лелеял отчаянную, глупую надежду на то, что он появится. Но даже мой брат не хотел моего присутствия.

Я узнал, что на холоде слезы замерзали, превращаясь в сверкающие кристаллы льда.

Со временем я построил себе дом — простое жилище из камня и льда, которое хотя бы сдерживало яростные ветра. Пока я работал, мой разум кипел. В этом и заключается суть мятежного ума — его никогда нельзя по-настоящему усмирить. Он всегда найдет выход. В конце концов.

Всеотец лишил меня, как и всех нас, силы истинного созидания, позволив нам давать жизнь лишь тем существам, которых придумал он сам. Еще одно из его бессмысленных правил-ограничений. Но я не собирался их соблюдать. Самодовольная улыбка тронула мои губы, когда я потянулся к нитям Тьмы в ткани окружающего меня мира, чтобы сплести их в небольшую фигурку. Гибкое тело с кожистыми крыльями на четырех мускулистых лапах, хвост существа был вдвое длиннее туловища, а на изящной шее — угловатая голова рептилии. Мои тени вылепили каждую деталь, каждую чешуйку, покрывавшую эту кроху, от маленьких коготков до изогнутых рогов, венчавших лоб.

Оно было безупречным, свирепым, но прекрасным, уютно умещающимся в моей левой ладони. Но его грудь не вздымалась от дыхания, сердце не билось. Оно оставалось темным и неподвижным.

Я не владел Пламенем Созидания. Но это не означало, что я не нашел другого способа вдохнуть жизнь.

Одной лишь силой мысли ногти на моей правой руке вытянулись, превратившись в когти. Я сделал надрез на своей руке быстрым, решительным движением, кровь хлынула темно-красным потоком, она падала на белый снег с ярким контрастом и дымилась при соприкосновении с ним.

Я направил вытекающую кровь к существу, наблюдая, как багровая жидкость пропитывает его оболочку. Слишком часто я уже доходил до этого момента, но всегда лишь для того, чтобы в очередной раз потерпеть неудачу. И все же я никогда не был так дерзок, как сегодня. Я пришел к пониманию, что истинное созидание требует частицы меня самого. Требует риска.

Здесь, на севере, завеса между мирами была тонкой. Потребовалась всего лишь крошечная доля моей магии, чтобы разорвать ее и дотянуться до нитей магии Хаоса, танцующих в Ино-Мире прямо за ней. Из моей груди вырвался вздох, но не от боли, а от внезапного притока силы, гудящего пульса между моими ладонями. Затаив дыхание, я наблюдал, как чешую окатило красным и золотым, и существо подняло голову; его глаза с вертикальными зрачками моргнули, глядя на меня.

Когда малыш потянулся и расправил крылья, я восторжествовал. Я сделал это. Сотворил жизнь. И в тот момент я понял, что ничто не сможет помешать мне достичь своих целей. Ограничения Всеотца были не более чем препятствиями, которые нужно преодолеть, и я не успокоюсь, пока не сокрушу каждое из них.

Существо зарычало, блеснув белизной крошечных клыков, и бросилось на мой большой палец, чтобы погрызть его. Это вызвало у меня удивленный смешок, и хриплый звук эхом разнесся в тишине моего ледяного жилища.

— Свирепая кроха, — сказал я, почесывая его за одним из рогов. — Я назову тебя Сильвестри, неукротимый. Самый первый дракон.

Сильвестри, питаемый моей магией, рос быстро, и вскоре мне пришлось расширить наше маленькое убежище до размеров просторной пещеры. Я создал братьев и сестер, чтобы ему не было одиноко; их рычание эхом отдавалось в пещере, а разноцветная чешуя — зеленая, синяя и красная — сверкала в лучах бледного зимнего солнца, когда мы выходили наружу. Наблюдать за тем, как они кувыркаются друг с другом в шуточных боях, и видеть их первые неуклюжие попытки взлететь, дарило мне простую радость. Они уже были больше меня. Уже через несколько лет их крылья затмят небо — это будет зрелище столь же великолепное, сколь и пугающее.

Мне следовало понять еще тогда, что это продлится недолго. Что Всеотец не оставит мое открытое неповиновение безнаказанным. И все же с каждым годом я становился все более самоуверенным, ожидая, что моя маленькая хитрость сойдет мне с рук.

Почему он ждал так долго, чтобы обличить меня, я так и не узнал. Возможно, потому что время ничего не значило для таких существ, как мы, или, может быть, он хотел, чтобы его кара показалась еще более суровой после того, как он внушил мне ложное чувство безопасности.

— Как ты посмел. Неужели твоему неповиновению нет предела?