В конце концов, это должно было закончиться. Рада отстранилась, потому что лирстоун под нашими руками стал слишком горячим, и у меня вырвался разочарованный стон.
— Выглядишь лучше, — заметила она, сияя улыбкой и глядя на меня сверху вниз.
— Чувствую себя намного лучше, — ответил я, притягивая ее для еще одного поцелуя, в котором были только ее влажный жар и вкус. И он был таким же идеальным.
Она уступила мне, но только на мгновение, а потом проверила повязку.
— У нас получилось, — сказала она и в ее глазах блеснуло удовлетворение.
Действительно, часть моих сил вернулась и, наконец, я смог сесть. Я не удержался, чтобы не поддразнить ее.
— Ты уверена? Возможно, нам не повредит повторить.
Рада вскинула бровь.
— Оставшаяся рана гораздо менее серьезная, чем та, которую нанес тебе Тарион.
Я посмотрел на нее широко раскрытыми, невинными глазами.
— Никогда не знаешь наверняка. Смертные так легко умирают.
— Невыносимый мужчина, — рассмеялась она, поднимаясь на ноги. На ее лице промелькнула вспышка удивления, когда она попробовала, выдержит ли нога ее вес. — Намного лучше, — воскликнула она, и в ее голосе прозвучало изумление.
— Должно быть, магия Хаоса исцелила и тебя тоже, — заметил я, схватившись за протянутую ею руку.
Ее лоб нахмурился в замешательстве, пока она помогала мне встать.
— Но я использовала Хаос раньше. Против Дейры.
Все еще чувствуя легкую слабость от потери крови, я обнял рукой ее талию, чтобы обрести равновесие.
— Да, но на этот раз ты была связана со мной, — задумчиво произнес я. — Должно быть, при призыве его силы это дало тебе такие же преимущества, что есть у меня.
Рада взглянула на второй Кинжал Хаоса, зловеще поблескивающий рядом с безжизненным телом Кайуса.
— Нам нужно забрать его с собой. Он может нам пригодиться.
Я согласно кивнул. Если в словах Дейры было хоть немного правды, и мои бывшие слуги действительно могли найти меня где угодно, то нам понадобится каждая частичка силы, которой мы сможем воспользоваться.
Посерьезневшая Рада подобрала кинжал.
— А теперь — назад, в Арон-Лир, — сказала она. Щупальца Хаоса закружились вокруг нее, образуя мерцающий разлом. — Будем надеяться, что мы сможем исправить хотя бы часть того ущерба, что нанесли Хиазма.
ГЛАВА
ГЛАВА
50
Рада
Как только мы выбрались из разлома в Ино-Мир, я всем своим существом почувствовала: что-то ужасно не так. В воздухе висело напряжение. Все взгляды устремились на нас с Ноктисом. Дождь прекратился, превратив землю в чавкающую грязь. Кто-то оттащил тела убитых Ракашей к краю поляны — жуткое напоминание о случившемся. Дети Раскола уже ушли, забрав с собой Калдера, здесь остались только Брисеиз, Вариен, Кирей и Тристан, занятые напряженной беседой.
— Рада! — воскликнула Брисеиз, делая шаг нам навстречу.
Мое чутье предупредило меня еще до того, как я увидела свирепое выражение лица Кирея, бросившегося к нам.
— Убийца! — закричал он срывающимся от ярости голосом.
Эйрис бросился на Ноктиса, серые перья его крыла заблестели в свете уходящего солнца, а в руке появился длинный нож.
Звездный Огонь молнией мелькнул между ними, в последний момент помешав Кирею. От гибели целителя спасли только отточенные рефлексы.
Наши взгляды встретились и в его ореховых глазах я заметила боль от предательства, это полоснуло меня по сердцу, как ножом. Брисеиз и Вариен испуганно вскрикнули. Тристан тихо выругался, бросаясь на помощь. И все же Кирей не дрогнул.
— Наверно, ты считаешь меня дураком, — выплюнул Кирей. — Неужели ты думала, что я не узнаю? — он указал ножом на Ноктиса. — Сначала я подумал, что он один из Аним, последовавших за тобой в изгнание. Но он кое-кто другой, не так ли? Так искусен в магии Хаоса, а Хиазма обращались к нему «господин». Как ты могла мне так лгать?
Я глубоко вздохнула, подбирая слова, а внутри меня бурлили вина и горечь. Я всегда догадывалась, что если Кирей узнает, кто такой Ноктис, то почувствует себя преданным до глубины души, но смирилась с тем, что это принесет ему неизбежную боль. Сражаться бок о бок с тем, кого он винил во всех своих потерях, с врагом, которого так глубоко презирал — наверно, это разрывало его на части.
— Технически мы никогда не лгали, — заметил Ноктис, казалось, ничуть не смущенный ядовитым взглядом, брошенным на него. — Мы просто не стали уточнять то, о чем ты догадывался.
Какая наглость со стороны этого мужчины. Я недоверчиво покачала головой и прошипела:
— Ты не помогаешь.
Ему повезло, что я все еще чувствовала себя слабой и опустошенной после всего пережитого ужаса того, что Хиазма сделали с ним. В память навсегда врезался миг, когда я нашла его с помощью камня Воздуха, а над ним возвышался один из его бывших аколитов, готовый пронзить его насквозь. Это воспоминание напрочь отбивало желание позволить еще хоть кому-нибудь угрожать его жизни, даже если гнев Кирея был абсолютно оправдан.