Ликующий вопль Дейры эхом отдался в ушах, когда она приготовилась к последнему удару. Руки Рады на Звездном Огне сместились. Металл вокруг рукояти провернулся, обнажив второй лирстоун, вживленный под первым. Он светился не силой Леди Света, а моей сутью, сутью его создателя — Тьмой и Хаосом. Я добавил его в древко посоха, когда делал его тысячелетия назад. Отчаянная попытка дать ей доступ к силе, достаточной для защиты от любой угрозы, — даже от меня самого. Насколько я знал, за все это время она ни разу им не воспользовалась.
Как будто ждала ее призыва, необузданная магия Ино-Мира хлынула к Раде, закружившись вокруг бурей теней и пронизанных Хаосом молний. Ее огненные волосы разметались в этом шторме, а глаза вспыхнули темным пламенем. Она выглядела смертоносной. И абсолютно прекрасной.
— Ты понятия не имеешь, на что я способна, — сказала она Дейре голосом, шипящим от едва сдерживаемой мощи.
Хиазма завизжала в ярости. Ее корни метнулись вперед, но были разорваны в клочья щупальцами тени. Дейра уставилась на меня, ее губы скривились в оскале. Она попыталась снова вытянуть силу через меня, но Рада не дала ей шанса сделать это. Звездный Огонь сверкающей дугой рассек воздух. Волна чистого Хаоса вырвалась из его лезвий. Она ударила Дейру прямо в грудь, отбросив ее назад так стремительно, что та сорвалась и упала за край Бездны, не успев даже закричать.
Вздох облегчения вырвался у меня, когда толстые корни вокруг наконец ослабили хватку. Сесть я по-прежнему не мог, мои руки бесполезно хватали подо мной землю, пока я пытался это сделать.
— Барадаз, — позвал я, видя, что она не подходит ко мне, ее взгляд был прикован к Бездне. Звездный Огонь все еще светился в руках, а вокруг ее тела обвивались щупальца магии Хаоса. При звуке своего имени она перевела взгляд на меня — ее глаза были не ярко-серебристыми, а пульсирующими, бездонно черными, мерцающими аметистом и изумрудом.
Неужели, когда я позволял Хаосу поглотить меня, именно это она всегда и видела?
— Сайрери, — она не ответила, и я попытался снова. — Все кончено. Теперь ты можешь отпустить магию.
Что-то в ее глазах изменилось, потустороннее свечение медленно угасло, сменившись тем теплым серебром, которое я так хорошо знал.
— О, Лир, — выдохнула она, бросившись ко мне и заметно прихрамывая. Она была ранена. — Белекороз. — Она опустилась на колени рядом со мной, ее руки беспорядочно порхали над моим телом, словно она не знала, что делать. — Как мне снять эти штуки? — спросила она с ноткой ужаса в голосе. — Тебе больно?
Эти проклятые побеги все еще были глубоко внутри меня. Как только я вспомнил о них, боль вернулась, сопровождаемая волной такого панического отвращения, что я впился ногтями в собственную грудь.
— Просто вытащи их, — простонал я. Рада кивнула и ее лицо приблизилось к моему, заслонив все остальное. Одной рукой она ободряюще сжала мою, а другой потянулась к моей груди.
— Прости, — прошептала она. — Будет больно.
Больше она ни о чем не предупреждала. От этой пытки мой разум вновь погрузился во тьму.
Я очнулся от нежного прикосновения руки, гладящей меня по щеке. Моя голова покоилась на чем-то мягком. Воздух был пропитан резкими запахами крови и Хаоса, но сквозь них пробивался слабый аромат подснежников. Я улыбнулся.
— Нам действительно нужно перестать это делать, — пробормотал я хриплым голосом.
Рука Рады обхватила мое лицо.
— Помнишь, — мягко произнесла она, — однажды я уже спасала твою жизнь здесь. Ты ужасно неосторожен для бога, вечно попадаешь в неприятности, — ее голос звучал легко, но я слышал в нем слезы.
— Но у меня есть ты, чтобы меня спасать, — ответил я, открывая глаза. С того места, где я лежал у нее на коленях, мне была видно, как дрожали ее губы. — Насколько все плохо? — спросил я.
— Это я должна спросить у тебя, — ответила она. — Ты потерял много крови. Мне удалось остановить кровотечение, но я не могу унести тебя обратно в Арон-Лир, чтобы Кирей исцелил тебя.
Я опустил глаза на свою грудь, на импровизированную повязку, которой она меня обмотала. Судя по окровавленной зеленой ткани она использовала для этого часть своей юбки. Еще одна повязка того же цвета была обмотана вокруг ее левой голени. Я вспомнил, как она споткнулась во время битвы с корнями Дейры, она тоже была ранена.
— Ракаш? — пробормотал я, кивнув на ее рану.
Ее серебряные глаза встретились с моими, в них горела свирепая напряженность.
— Нет, — прорычала Рада, глядя на меня сверху вниз. — Критак. Не хочешь объяснить, как одно из этих существ оказалось в осколке лирстоуна?
— Звезды небесные, — простонал я, понимая, что угрозы Дейры были отнюдь не пустыми. — Мне так жаль. Я надеялся, что никто не будет настолько глуп, чтобы действительно использовать эти осколки Хаоса. Они опасно непредсказуемы. — Меня обдало волной вины. — Ты убила его?
— Да, — ответила она, выражение ее лица оставалось сердитым, но пальцы нежно перебирали мои волосы. — Но он успел разрушить курятник.
Блядь. Неудивительно, что она злилась на меня.