Вкрадчивый голос Мазира отвлек меня, и из-за этого я среагировал слишком поздно. Боевой молот обрушился вниз, выбив меч из моей руки и с тошнотворным хрустом врезавшись в предплечье. Кость разлетелась вдребезги. Я рухнул на холодный пол тренировочного зала, и мое тело пронзила вспышка агонии.
Блядь. Я лежал на ледяном черном камне, с трудом пытаясь вдохнуть, преодолевая мучительную боль, краем глаза замечая, как начала сгущаться тьма. Меня пронзили нити магии Воздуха и Воды, лишая искалеченную руку чувствительности. Я был лишен истинного дара исцеления, но я мог, по крайней мере, притупить боль.
Надо мной нависло широкое лицо, обнажившее квадратные зубы в нескрываемом восторге.
— Нет смысла пытаться это исцелить, Господин, — пророкотал Галатор низким рыком. — Вам придется воссоздать эту руку заново.
Я выругался, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота при виде истерзанной плоти и блестящих осколков кости, торчащих из моей руки. Из раны сочилась кровь, собираясь в лужу. Галатор был прав: спасти руку было уже невозможно.
Массивная фигура гигантского Анимы отбросила на меня тень.
— Будет проще, если вы…
— Я знаю, — огрызнулся я, злясь больше на самого себя, чем на него.
Тренировки с Галатором без использования моих сил давали мне преимущество на поле боя, но требовали от меня мастерства и полной концентрации. Физические тела были странной штукой; мы могли как угодно менять и восстанавливать их, наделять внушительными мускулами. Но без регулярного использования, без развития выносливости и рефлексов, они оставались лишь внешним фасадом.
— Принеси меч, — приказал я, обдумывая, сколько магических сил потребуется мне для воссоздания руки.
Вскоре я снова услышал тяжелые шаги Галатора. Он махнул мечом с неумолимой силой, одним жестоким ударом отсекая раздробленную конечность. Мое тело содрогнулось, с губ сорвался стон, когда острая боль пробилась сквозь обезболивающую магию. Моя уцелевшая рука превратилась в когтистую лапу, оставляя на камне борозды. Закрыв глаза, я потянулся к самым глубинам источника своей силы, призывая нити Тьмы, которые сплелись в новую руку, неотличимую от той, что я потерял. Вспышка темного пламени испепелила ужасающие останки, и воздух наполнился запахом горелой плоти.
Сделав несколько глубоких вдохов, я сел и размял пальцы, их неприятно покалывало, возвращалась чувствительность. Проклятье! Это отбросит меня в тренировках на долгие луны назад.
— Хорошо хоть это была рука, а не голова, — заметил Мазир от дверей.
Я поднялся на ноги, скривившись. Не самая приятная мысль. Боль от такого я не хотел даже представлять. Хотя это тоже не убило бы меня, но вынудило бы принять духовную форму.
— Простите, я не хотел вас отвлекать, — поспешно добавил Мазир, съеживаясь под темным напором моего взгляда.
— Он и так был рассеяным все утро еще до твоего прихода, — вмешался Галатор. — На самом деле, уже несколько дней.
Зная, что гигант прав, я не стал отчитывать его за прямоту. Я всегда оставлял за ним свободу критиковать меня, по крайней мере, наедине. Без его помощи я бы не справился с самыми строптивыми слугами.
Анимы сами выбирали, кому из Аурея они хотят служить, поэтому у меня на службе состояли самые необычные. Бунтари. Смутьяны. Те, чьи силы или характеры не вписывались в безупречный свет Лирхейма. Чтобы выковать из них то, чего я добивался, требовалась непреклонная воля и определенная доля безжалостности. Галатора ничуть не смущала собственная жестокость и именно поэтому я сделал его своим заместителем. Он процветал на суровом севере, получив цель в силе, которую я ожидал увидеть. Я знал, что этому свирепому Аниме не очень-то нравилось делить свое положение с Мазиром, но для достижения моих целей мне была необходима уникальность их обоих. Острый ум Мазира не уступал моему собственному.
— Есть что-то, что нам следует знать? — спросил он теперь, с любопытством наблюдая, как я подобрал меч и подошел к нему. Он заметил мою растущую тоску в последние дни, с тех самых пор, как нашей удаленной цитадели достигли новости о скорой свадьбе моего брата и Барадаз.
Я отрицательно покачал головой, не желая обсуждать это даже со своими самыми доверенными слугами. Только не сейчас, когда одна лишь мысль о ней наполняла меня яростью и отвращением к самому себе. К счастью, они были достаточно умны, чтобы не задавать вопросов.
— Нет, ничего, что касалось бы наших планов, — ответил я, очистив клинок всплеском магии, прежде чем вложить его в ножны. Я подумывал переодеться, но решил, что сойдет и темная кожаная броня, в которой я тренировался, и только затянул магией прорехи, оставленные ударом Галатора. — А теперь расскажи мне, чего хочет Человек.
Губы Мазира изогнулись в саркастичной улыбке, в глазах блеснуло веселье.
— Чего они обычно хотят? Больше власти. Больше лирстоунов.
Галатор застонал.
— Если я вам больше не нужен, я оставлю вас. Терпеть не могу вонь Людей.