— Они уже напали на соседнюю ферму, — объяснила я. После всего случившегося я доверяла ему достаточно, чтобы поделиться тем, что мне было известно. — Там нашли мертвыми всю семью и всех животных. Выложенными в какой-то круг, словно кто-то вытянул из них жизненную силу.
Когда его лицо стало тревожным, я отпустила его руки и поспешила к шкафчику рядом с печью, быстро роясь в нем.
— И ты ждала этого момента, чтобы рассказать мне об этом, потому что… — в голосе Ноктиса слышалось не просто легкое раздражение. Я бросила на него взгляд через плечо, приподняв бровь. Его губы дрогнули. — Справедливо.
Я нащупала маленькую почерневшую вешицу, которую дал мне Адеш. Она лежала на моей ладони, как зловещая свернувшаяся змея, когда я вернулась к Ноктису.
— Жертвы были связаны вот этим. У тебя есть идеи, что это может быть?
Он замер в ту же секунду, как только увидел веревку. Затем двинулся так быстро, что я не успела среагировать, схватил меня за руку и потащил в мою спальню.
— Собирай вещи.
— Что? — Я была так потрясена, что не начала сопротивляться сразу, но теперь резким движением высвободила руку.
— Мы уходим. — Не дожидаясь моего ответа, Ноктис распахнул дверцу шкафа, рывком вытаскивая одежду и бросая ее на кровать. — Ты права, — пробормотал он низким, затравленным голосом. — Хиазма ужасная угроза. Но будь я проклят, если позволю им причинить тебе вред из-за меня.
Когда он потянулся за очередной блузкой, я встала между ним и шкафом, останавливая его.
— Нет, — заявила я, не желая идти на компромисс. — Я не оставлю жителей Далата расплачиваться за наше прошлое.
Ноктис наклонился ближе, нависая надо мной, его глаза были полны свирепой решимости.
— Барадаз, — прорычал он. — Одевайся. Или я закину тебя на плечо, как бы ты на меня ни злилась, и вынесу отсюда.
Впрочем, в его взгляде читался еще и страх. Больше страха, чем я вообще могла себе представить.
— А как же твое обещание: «Я не сделаю ничего, если только ты сама меня не попросишь»? — очень тихо произнесла я.
Мои слова остановили его. Его дыхание сбилось.
— Это не то, что я…
— Мы справимся с этим, — перебила я, снова взяв его за руку. — Вместе. У нас есть мои лирстоуны. И кинжал. Мы придумаем план, как разобраться с теми из Хиазмы, которые на нас охотятся, и…
Сильная дрожь прошла по его телу, лицо исказилось.
— Ты понятия не имеешь, что и кто выступает против нас, — выдавил он напряженным голосом. — Вултарон был далеко не самым ужасным из них. Кое-кто из Хиазмы владеет такой темной магией, что ты не можешь даже представить, на что они способны.
— Ты обучил их этой магии, и только ты знаешь, как ей противостоять, — заметила я. Как бы мне ни было ненавистно давить на него в этом вопросе, когда это так явно его мучило, другого выхода я не видела. Я не собиралась бросать Далат и его жителей. Он был нужен мне.
— И они — моя ответственность, — голос Ноктиса был едва слышен; мука на его лице, когда он смотрел на меня сверху вниз, была почти невыносимой.
— Послушай меня. — Я обхватила ладонями его щеки, пытаясь хоть как-то пробиться сквозь его отчаяние. — Я знаю, что мы не справимся сами. Нам нужна помощь. Старейшины деревни просили меня обучить местных ополченцев. Если ты мне поможешь…
Его горький смех передался мне через хрупкую связь нашего прикосновения.
— Небольшая группа крестьян-смертных вряд ли напугает моих бывших последователей.
— И что же ты тогда предлагаешь? — бросила я в ответ, совершенно растерявшись. — Сбежать и позволить Хиазме здесь все уничтожить, даже не попытавшись дать им отпор? Прятаться до конца наших смертных дней? Как ты сам сказал, они не сдадутся. В какой-то момент нам все равно придется столкнуться с ними. Так почему бы не сейчас?
— Нам?
Прежде чем я успела ответить на его хриплый вопрос, нас прервало громкое урчание моего живота. Губы Ноктиса изогнулись в легкой улыбке.
— Пожалуй, нам не стоит обсуждать это на пустой желудок, — заметил он. — Звезды, когда ты вообще в последний раз ела?
Теперь, когда он упомянул о еде, я осознала, насколько сильно проголодалась.
— Вчера. — Я попыталась вспомнить, когда именно. — Кажется.
— Я приготовлю завтрак. — Ноктис поднял руку, останавливая меня, прежде чем я успела что-либо сказать. — Но это не значит, что я согласен помочь тебе обучать этих фермеров.
Я спрятала улыбку. Я знала этот тон. Несмотря на хмурое выражение его лица, я была уверена, что уже наполовину убедила его помочь.
— Белекороз, — истинное имя слетело с моих губ, остановив его прежде, чем он успел выйти из комнаты.
— Да?
Он представлял собой потрясающее зрелище, не так ли? Замерев на пороге моей спальни, всем своим видом выражая готовность сделать мне что-нибудь приятное. Возможно, я была слишком резка. В памяти пронеслись воспоминания о шторме и смерти Итци. Ноктис бескорыстно помог мне, не воспользовавшись моим положением. Что я могла сказать союзнику, который был рядом, когда я нуждалась в нем больше всего? Который видел меня в минуты слабости? Утешал меня? А потом прижимал обнаженную меня к себе в постели?