— Раньше я думал, что нет. — Ноктис глубоко вздохнул, болезненное выражение мелькнуло на его лице. — Но, вероятно, после моего поражения Хиазма и Галатор заполучили в свои руки многие артефакты, которые я создавал веками. Оружие. Лирстоуны. Объекты темной силы. — Его взгляд был омрачен откровенной тревогой. — Невозможно предугадать, что они могут с ними сделать.
— Думаешь, у них Корона Хаоса?
Ноктис усмехнулся.
— Если бы тот, у кого есть Корона, оказался недалеко отсюда, он бы не стал утруждать себя насыланием штормов. Он расправился бы с нами напрямую.
Я плотнее закуталась в одеяло, пытаясь отогнать внезапный холод, пробежавший по коже.
— Ты знаешь, где Корона? — спросила я, твердо решив воспользоваться его внезапной откровенностью.
— Нет, — тон Ноктиса был ровным. — Не там, где я ее оставил, это уж точно.
— Значит, ты искал ее.
Отстраненное выражение вернулось на его лицо.
— В какой-то момент.
Поняв, что не смогу добиться никаких ответов о том, что происходило до его ранения, я изменила стратегию.
— Она даст им доступ к силе Адепта?
— Нет. Пока я жив — нет. — Слегка дерзкая улыбка Ноктиса была совершенно неуместна в данной ситуации. Впрочем, он всегда очень сильно гордился своими творениями. — Хотя в Короне заключено много силы, она не содержит в себе силу Адепта. Она лишь упрощает контроль над Хаосом.
Я прищурилась, глядя на него.
— Потому что ты использовал в ней тот самый лирстоун.
Мой обвинительный тон ничуть не смутил его. Наоборот, его улыбка стала только шире.
— Да, я использовал в ней тот лирстоун. — Из его груди вырвался смешок, а в глазах заплясали искорки. — Звезды, ты помнишь, как мы ее создавали? Мы оба были чертовски пьяны от магии. И друг от друга. Никогда я не чувствовал себя более живым.
Этот горящий взгляд прошелся по мне, словно ласка, живо напоминая о том, как мы просыпались в объятиях друг друга. И о том, что между нами было столько же хороших воспоминаний, сколько и болезненных. О тех днях и ночах, которые я провела в ледяных, прекрасных залах его крепости в северных горах, когда мы исследовали пределы как нашей магии, так и нашей связи, теряя себя во всепоглощающем вихре силы и наслаждения.
— Мне не следовало отпускать тебя в тот раз, — сожаление в голосе Ноктиса резануло меня с удивительной силой. Возможно, потому, что я разделяла его. Тогда мы были счастливы, даже если это и было всего лишь иллюзией счастья.
— Это было не твое решение, — сказала я, стараясь скрыть, как сильно его слова задели меня.
— Нет. Не мое. — Ноктис одарил меня грустной полуулыбкой, которая ничуть не уменьшила боль в моем сердце.
Он глубоко вздохнул, словно собирая все невысказанные слова, витающие между нами, и оттесняя их в сторону, чтобы вновь сосредоточиться на настоящем.
— Они придут за мной. Куда бы я ни пошел, что бы я ни делал, они не успокоятся, пока я не умру, потому что я — единственное, что стоит между ними и этой силой, которая им необходима, если они хотят получить нечто большее, чем пара клочков бесплодной земли на окраинах королевства. — Прежнее чувство вины всплыло вновь, его глаза снова избегали моих, а голос стал хриплым от эмоций. — Я должен уйти. Я только привлекаю опасность в твой дом.
Я покачала головой, борясь с желанием взять его за руку.
— Ты не можешь уйти. Все равно они уже знают, что я приютила тебя. Если они не найдут тебя здесь, то попытаются выпытать у меня, где ты.
Его взгляд метнулся к моему, загоревшись внезапным огнем.
— Они используют тебя против меня.
Я придвинулась к краю койки, мой тон был обманчиво легким:
— Мне стоило бы выдать тебя Синклиту Десяти и попросить Арамаза и Совет разобраться с Хиазмой. — Долг, который я не могла заставить себя исполнить.
Он не сводил с меня глаз, и этот огонь разгорался в бурю.
— Так почему же ты этого не делаешь, Барадаз? Почему?
Настала моя очередь отводить взгляд. Я уставилась на одеяло, крепко зажатое в моих руках, ища ответ, который не выдал бы слишком многого. В конце концов я использовала тот же способ, к которому так часто прибегал он сам.
— Разве ты не слышал? — сказала я, упрямо дернув головой. — Я предательница Света.
Ноктис сделал шаг ближе, словно не в силах сдержаться, но внезапно остановился. В его голосе не было ни капли веселья, лишь глубокая печаль.
— Так вот куда привела тебя твоя симпатия Тьме, моя королева? Одинокая, изгнанная, без сил, без союзников, со всех сторон окруженная опасностями.
Его слова меня не остановили.
— Я думала, у меня есть один союзник, — парировала я, поднимаясь с тюфяка и подходя к нему. — Помоги мне. — Я крепко сжала его теплую руку, заставляя его понять. — Помоги мне предотвратить нападение Хиазмы на эту деревню.
Он склонил голову с вопросительным выражением в глазах.
— Нападение на эту деревню?