» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 11 из 19 Настройки

Может и не поможет – ответила бы такому человеку я, но попытаться уж точно стоит. Тем более что в прачечной полно того, за чем сыщики и агенты всех времен и народов охотились, не жалея живота своего. Это же прачечная. И тут полным-полно грязного белья. Со всего дворца. Если я узнаю, кто именно стирает белье из Павильона Сливы, где ночует Акико…

Я сделала ещё несколько ударов, машинально, не глядя. Скосила взгляд в сторону, наблюдая.

У восточной стены стояли корзины. Высокие, плетёные из бамбука, с крышками, десятка два. Возле них хлопотала пожилая женщина в тёмно-синей кофте — седая, с прямой спиной, с тугим узлом волос на затылке. Она не сидела у камня, не работала валком, не таскала воду в тяжелых, деревянных кадушках. Она сортировала. Брала ткань из одной корзины, осматривала, складывала в другую. Иногда — нюхала. Один раз поднесла к свету и долго разглядывала какое-то пятно.

На корзинах висели бирки. Разноцветные — красные, синие, зелёные, жёлтые, белые. Цветовая кодировка. Если бы были иероглифы, было бы лучше, но прачки поголовно неграмотные, это Аяко обученная, все же дочка архивариуса. Впрочем, некоторые иероглифы и она не знает, но я – знаю. Это не японские, а китайские иероглифы. Так называемое кандзи, состоит из двух иероглифов – «Хань» и «Знак». Вместе – «Ханское Письмо» или «Китайская Грамота». Эх, не ценят тут кадры, девочка и читать и писать умеет, а ее – в прачечную. Вот бы устроиться скажем – чтицей у благородной леди. Читать любовный роман «Повесть о Гэндзи Великолепном» по вечера у кровати, пока леди не заснет, вот и все обязанности.

Я отложила валок в сторону. Если бы у меня было время – я бы нипочем так не поступила, подходить впрямую и выдавать свои намерения – все равно что играть в покер с открытыми картами. Никакого блефа, никакой психологии, расчет только на то, что «на этот раз повезет». А я никогда была особо везучей, иначе как бы я на этом месте и в этом теле оказалась? Если бы у меня было время, я бы выстроила отношения с этой женщиной ровно, издалека. Без подозрений и вопросов.

Но вот времени-то у меня как раз не было. Потому я вздохнула и направилась прямо к той, что хлопотала у стены, сортируя белье из корзин с цветными бирками. Никто не обратил на меня внимания, все были заняты своим делом, а Госпожа Тишина продолжила старательно делать вид что меня не существует. Ее зовут О-Нацу, она – бэнгакари, «ответственная за разбор». Все младшенькие знают всех старших, а вот наоборот это не работает. Хотя про меня, обреченную на шелковый шнур, принесшую проклятие Принцессе – наверняка знают все. Что же… тем хуже.

- Извините за вторжение, Госпожа О-Нацу. – кланяюсь я почтительным поклоном, остановившись в двух шагах от нее. Со стороны – младшая пришла к старшей за советом. В принципе так все и есть.

- Ты. – О-Нацу окидывает меня коротким взглядом. – Чего тебе надобно, младшая?

- Прошу прощения что обратилась без разрешения. – говорю я, выпрямляясь. – Извините что побеспокоила. Я ошиблась.

Теперь – еще раз поклониться и уйти. Нельзя давить, это вызовет ненужные вопросы, нельзя показывать заинтересованность, это насторожит ее. Просто закинуть крючок… и если ничего не получится, если она сейчас равнодушно пожмет плечами и отвернется – значит придется искать другой подход. Например, сегодня ночью надеть темную одежду, что припрятана в моем футоне и выскользнуть за дверь… вернее – в окно. Крайняя мера, но если придется…

- Постой. – поднятая рука останавливает меня. О-Нацу разглядывает меня и колеблется.

- Старшая? – я сама покорность, смирение и почтение перед старшими. Глаза долу, голова склонена, спина слегка наклонена вперед. Эта Аяко – самая послушная и почтительная девушка во всем дворце.

- Подойди сюда… - ее рука манит меня ближе. – Это же ты… дочка архивариуса? Аяко-но Кодама?

- Эта недостойная действительно известна как дочь семьи Кодама. – отвечаю я. Женщина прищуривается, глядя на то, как я склоняю голову.

- Разговариваешь как благородная. – говорит она. – Почтительна к старшим. Но ленива и безалаберна, младшая Кодама. Ты ведь не дурочка? По глазам вижу, что нет. Так зачем подошла? Думаешь я стану писать письмо своим близким? У меня нет таких денег, да и писать я не умею.

- У вас нет близких, которые умерли? Да благословят Небеса такое счастье. – отвечаю я. – это прекрасно. Я уже сказала, что ошиблась и …

- У всех есть близкие что ушли. – перебивает она. – Просто ты ленивая и безалаберная, дочка семьи Кодама. Я наблюдала как ты работаешь. Как ты работаешь – точно так же ты отнесешься и к тому, что тебе поручили эти бедняги. Уверена, что на том свете ты точно не станешь разносить наши письма… Аяко-но Кодама.