Не зная, что еще сделать, я начала резкими движениями запихивать его одежду в сумку.
— Да ладно, Эма, ты же знаешь, что я сделал это ради тебя, правда?
Я продолжала закидывать его одежду.
— Я пошел за той пумой, чтобы защитить тебя и Джону. Я надеялся вернуться до того, как ты вернешься после того, как отвезешь Дона домой. Это казалось простым способом решить проблему.
— Ну, может, ты и решил проблему Коула, но создал себе новые проблемы. Я на тебя зла.
— Мы можем поговорить об этом без того, чтобы ты не рвала мою одежду?
— Я не рву ее. Я запихиваю ее в сумку.
— Единственная причина, по которой Коул и Дон позвали меня, — это найти пуму. Дон был достаточно умен, чтобы понять, что он убил крупного самца и что самка останется рядом.
— Нет, они позвали тебя, чтобы ты его зашил.
Хантер вздохнул.
— Это было прикрытие, Эма. Кто в здравом уме предпочтет наложение швов клею или гелю, блокирующему кровь?
— Но он сказал, что клей не прилипает и что блокатор причиняет слишком сильную боль.
— Я не говорю, что это был лучший план, но после того, как на Дона напали, он сказал Коулу, что им нужно найти человека, который бы выследил животное. Я был первым, кто пришел Коулу на ум. Тебя не должно было там быть.
— Коул сказал тебе это?
— Он пытался защитить вашу семью, Парк, тебя и Джону.
— И ты позволил ему использовать себя?
— Эма, я охочусь с детства. Погоня за кугуаром была для меня захватывающей.
Я стояла, держа в руках его брюки, и в ответ на его слова отбросила их.
— Было захватывающе осознавать, что ты причиняешь мне боль?
— Конечно, нет. Больше всего я боялся, что мне придется его уничтожить, и ты можешь возненавидеть меня за это, или что я не успею вернуться до того, как ты вернешься из дома Дона, и ты будешь волноваться. Но я, черт возьми, никогда не думал, что ты заберешь мой гибрид.
Я вздернула подбородок.
— Ужасно чувствовать себя брошенным, не так ли?
— Мне пришлось воспользоваться общественным дроном, чтобы вернуться сюда. Это заняло больше часа.
— Но Коул прислал мне сообщение всего десять минут назад. Как я могу ему верить. Я попросила его дать мне знать, как только ты вернешься.
— Я так и думал, но попросил его дать мне сначала заехать домой.
— Он мой брат.
Хантер вошел в комнату.
— Но он был передо мной в долгу за то, что я поймал для него пуму.
Я опустила руки на бедра и нахмурилась.
— Ты убил ее?
— Пуму? Нет. Я обнаружил, что оно напугано и шипит на меня.
— Это не оно.
— Хорошо. Но дело в том, что, в отличие от своего приятеля, она не будет убита. Коул позаботится о том, чтобы она переехала жить в хорошее место к другим пумам. Я не хотел задеть твои чувства. Это заняло так много времени только потому, что глупая пума забралась на деревья, а затем перепрыгнула через овраг, который я не смог пересечь. Мне пришлось обойти вокруг, чтобы снова найти след, и весь путь шел в гору.
— Я знаю этот овраг. Мы используем эту часть парка для приключений в дикой природе, где люди могут перепрыгнуть через овраг на зиплайне. И знаешь, что я знаю? — мой тон был язвительным. — Я знаю, где находится веревочный мост, чтобы пересечь овраг, и я бы показала тебе его, если бы ты меня не бросил.
Хантер стоял на своем.
— Эй, ты же не вызвалась охотиться на пуму, так зачем мне брать тебя с собой?
В его словах был смысл, но я еще не закончила.
— А что насчет того бреда насчет твоего похода в клуб? Это было… — я сглотнула и покачала головой, мой пульс все еще был учащенным.
— Я имею в виду, я знаю, но я был зол на тебя за то, что ты забрала мой гибрид, и, что ж, правда в том, что я не самый приятный мужчина, которого ты когда-либо встречала.
Его комментарий должен был вызвать у меня улыбку, но я была слишком взвинчена и обижена, чтобы проявить чувство юмора.
— Почему ты не ответил на мой звонок?
— Я выходил из дрона, когда ты позвонила, и подумал, что было бы лучше встретиться лицом к лицу.
Сумка была полна, и я отодвинула ее в сторону и опустилась на пол, повернувшись к нему спиной, уставившись в окно, но ничего не видя. Уровень адреналина в крови постепенно снижался, и я почувствовала огромную волну усталости.
— Послушай, я знаю, ты не согласна с моим решением отправиться за кугуаром, но что сделано, то сделано, и я бы сделал это снова, если бы это означало твою защиту.
— Я не хочу, чтобы ты подвергал себя опасности, защищая меня. — Мои слова прозвучали так, словно их произнес кто-то другой.
— Боюсь, такова моя натура.
С остекленевшими глазами я переваривала слова Хантера и то предательство, которое я почувствовала сегодня вечером. По крайней мере, целую минуту никто из нас не произносил ни слова, а затем он воспроизвел сердитое сообщение, которое я ему оставила.
Я закрыла глаза и сидела неподвижно, как доска, когда мой собственный голос заполнил комнату.