— Вот почему я сказал Коулу вызвать «санитара». Теперь все, что тебе нужно, это немного веревки, чтобы связать пуму, пока она временно обездвижена, и не забудь, что тебе еще нужно похоронить мертвую пуму.
— Я могу это сделать. — Коул отошел в угол и стал перебирать разные инструменты. — Я знаю, что где-то здесь есть лопата.
— Это должно остаться в секрете. — Дон сурово посмотрел на нас. — Никто, кроме нас четверых, не узнает о кугуарах. Я пойду домой к жене и скажу ей, что неудачно упал с мотоцикла. У нее не возникнет подозрений, если я вернусь на Север к своему врачу. Она знает, что я использую любой предлог, чтобы навестить своих друзей дома.
Эмануэла, похоже, по-прежнему не поддерживала охоту, о которой они меня просили.
— Я вообще не понимаю, зачем кугуары пришли сюда. У нас никогда раньше не случалось ничего подобного.
— За последний год мы неоднократно видели пум. В нашем парке шумно, и они обычно держатся на расстоянии, когда проходят через наш район, но сейчас, когда сезон затишья и мы открыты только по выходным, я полагаю, они стали смелее.
Эмануэла опустила глаза.
— Ты сообщил об этих наблюдениях властям?
— Нет. Я не хотел, чтобы люди волновались. Ты же знаешь, что люди сходят с ума, когда слышат о пумах и медведях.
— Медведи? — глаза Эмануэлы расширились. — Это даже не смешно, Коул.
— Я не пытаюсь пошутить. А медведей за последний год видели всего четыре или пять раз.
Эмануэла пристально посмотрела на меня.
— И ты хочешь поохотиться на оставшуюся пуму? Это похоже на ужасную шутку о деревенском дурачке, который отправился преследовать пуму, но был съеден медведем.
— О, здорово, значит, я теперь деревенский дурачок, да? — Под своей серьезной внешностью я был удивлен. Эмануэла не была такой изысканной и вежливой, как другие женщины, и, когда я узнал темные секреты ее семьи, я начал понимать почему. Червичи были гребаными бунтарями. Неудивительно, что они мне так нравились. Как северянин, я верил в свободу выбора и право пить, играть в азартные игры и отрываться по полной, а гонки были частью этого. Мне просто интересно, рассказала бы она мне, если бы не нападение на Коула и Дона.
— Нет, я не называю тебя дурачком. Но было бы глупо выходить на улицу. Пообещай мне, что ты не будешь подвергать свою жизнь такой опасности. — Эмануэла была серьезна и смотрела прямо на меня. — Обещай мне, Хантер.
Но Коул и Дон надеялись на другое. Я видел это в их глазах, и это поставило меня в трудное положение. Я не хотел, чтобы Эмануэла волновалась, но это было необходимо сделать.
— Послушай, мы можем стоять и болтать весь день, а можем и разобраться с беспорядком. Мы с Коулом похороним мертвую пуму, пока ты будешь помогать Дону добраться домой. После этого мы сможем решить, что делать с последней пумой.
Дон со стоном заковылял к двери.
— Убедись, что закопал тело поглубже.
— Позволь мне помочь тебе. — Эмануэла поддержала крупного мужчину.
— Мне не нужна твоя помощь, чтобы идти.
— Не говори глупостей. Ты потерял много крови.
— У него есть свой собственный дрон. — Коул собирал носки и ботинки Дона. — И все же, будет лучше, если ты отвезешь его домой, сестренка. Я никогда не прощу себе, если он потеряет сознание и умрет по дороге домой.
— Конечно. Хантер, не мог бы ты, пожалуйста, запрограммировать свой беспилотник, чтобы он следовал за нами, если я полечу с Доном? Тогда я смогу высадить его и вернуться сюда, когда буду знать, что он в безопасности со своей женой.
Дон нахмурился.
— Такая властная.
— Ага. Это Эма. — Я улыбнулся ей, но она этого не заметила, так как была занята тем, что выводила Дона за дверь.
Как только дроны поднялись в воздух, Коул умоляюще произнес:
— Я не знал, как доставить тебя сюда без моей сестры. Дон прав. Нам нужно найти пуму и избавиться от него. Он сказал, что такие вещи не для женщин.
Я уже собирался вернуться в хижину за веревкой.
— Будем надеяться, что Дон живет далеко и сможет оставить Эмануэлу у себя на некоторое время. Я не хочу, чтобы она вернулась раньше меня.
Коул достал мне то, что мне было нужно.
— Боюсь, он живет всего в двадцати минутах езды отсюда.
— Черт. Если она вернется раньше меня, скажи ей, что я скоро вернусь.
Коул кивнул и крикнул мне вслед, когда я уходил.
— Я похороню второго кугуара. Поторопись!
ГЛАВА 26
Одна сумасшедшая жительница Родины
Эмануэла
Жена Дона была в шоке, увидев, как сильно пострадал ее муж. Он сказал ей, чтобы она перестала беспокоиться о нем, но втайне, я думаю, ему это нравилось.
Самым странным было то, как Дон настаивал, чтобы я рассказала ей о случившемся, и как он уговаривал меня остаться на некоторое время. Я отказалась, так как вся эта ситуация с кугуарами вывела меня из себя, и я хотела вернуться к Хантеру и Коулу.
Когда я вернулась, их не было в сарае, поэтому я поехала по мотоциклной дорожке, пока не услышала шум, доносившийся из-за деревьев.