— Нет на свете места, где я хотел бы быть больше, чем рядом с тобой, сладкая.
25. Беккет
Выросший с таким отцом, как мой, я боялся очень немногого, но сидеть в кабинете акушера-гинеколога рядом с Сойер оказалось для меня настоящим потрясением. Нервы сдали ещё в тот момент, когда я припарковался у здания, и с тех пор я так и не смог успокоиться. Я без остановки тряс ногой, думая о том, как войду в смотровой кабинет уже в роли отца. Это раздражало лишь немногим меньше, чем постоянное постукивание пальцами по деревянному подлокотнику. От последнего я отказался после того, как беременная мать троих детей, сидевшая напротив, одарила меня убийственным взглядом. Её дети в это время играли с игрушками, которые принесли с собой.
После этого я крепко сжал кулаки, чтобы хотя бы пальцы не двигались. Так казалось безопаснее.
Сойер наклонилась ко мне и положила руку на колено. От прикосновения я повернулся к ней и увидел слегка озадаченное выражение лица.
— Ты в порядке? — прошептала она. — Ты что, пытаешься разогнать себя до взлётной скорости?
Я усмехнулся и вытер вспотевшие ладони о бёдра.
— Просто нервничаю. Сам не знаю почему.
Я бы ещё понял, если бы это был её первый приём или если бы нам предстояло узнать пол ребёнка, но сегодня был всего лишь обычный осмотр. За последние семь месяцев Сойер побывала на них уже столько раз. Она даже рассказала мне, чего ожидать, чтобы я не оказался застигнут врасплох.
Но сколько бы я ни напоминал себе об этом, волнение никуда не исчезало. Этот приём казался таким важным моментом в наших с Сойер отношениях. Я не хотел всё испортить, особенно когда она рассчитывала на мою поддержку и утешение.
Сойер тихонько хмыкнула.
— Знаешь, в первый раз Лив чуть ли не силком затаскивала меня в этот кабинет. Я упиралась изо всех сил.
— Правда? — спросил я.
Она кивнула.
— Здесь всё вдруг стало слишком реальным. Я ведь уже сделала кучу дурацких тестов, так что знала, что она скажет, ещё до того, как она открыла рот. Но услышать от неё слова ты беременна было всё равно что оказаться под ледяным душем. Всю дорогу домой я не проронила ни слова, хотя Лив изо всех сил пыталась меня разговорить.
Если и был человек, за которого я испытывал особую благодарность, так это Оливия Харт-Беннетт. Она была для Сойер лучшей подругой, чем кто-либо из моих друзей когда-либо был для меня. Чёрт, я до сих пор даже никому из своих в родном городе не признался, что стану отцом. И дело было не в стыде. Мне больше всего на свете хотелось иметь человека, с которым можно было бы поговорить обо всём этом. Единственным, кто мог меня понять, был Дюк, но я не представлял, как заговорить с человеком, который, кажется, искренне не рад моему присутствию.
Если уж я не мог быть рядом с Сойер, то хотя бы радовался, что у неё была Оливия.
— Сойер Саттон? — позвала молодая медсестра, оглядывая кабинет.
Я поднялся и протянул Сойер руку. Она с благодарностью приняла её и, кряхтя, поднялась на ноги. В последнее время она двигалась всё медленнее. Отчасти это было связано с тем, что наш малыш активно рос, но я всё равно беспокоился за неё. Иногда, когда она вставала, её покачивало, и она закрывала глаза, словно у неё кружилась голова. Каждый раз, когда я спрашивал, всё ли с ней в порядке, она отмахивалась, говоря, что просто слишком резко поднялась.
Мы пошли за медсестрой. По пути Сойер взвесили и попросили сдать анализ мочи, после чего нас проводили в смотровой кабинет. Медсестра задала целую кучу вопросов, пока измеряла Сойер основные показатели, и записала ответы для врача. Затем она повернулась к нам с улыбкой.
— Ну что, посмотрим на нашего мальчика?
— О-о... — запнулась Сойер. — Я... э-э... не знала, что сегодня мы будем делать УЗИ.
— Обычно мы этого не делаем, но с последнего раза прошло уже немало времени, и врач хочет посмотреть, как там малыш. — Медсестра перевела взгляд с одного из нас на другого, стоя у двери. — Вы не против?
— Конечно, нет. — Смех Сойер звучал совершенно неубедительно. Да и голос, внезапно взлетевший на целую октаву, говорил сам за себя. — Просто я немного удивилась.
— Отлично! Сейчас позову специалиста по УЗИ и скажу, что вы готовы. Вернусь буквально через минуту.
Медсестра вышла, оставив нас с Сойер в неловком молчании. Я не знал, как здесь всё принято, но хотел убедиться, что ей комфортно.
Я положил ладонь ей на спину.
— Если тебе некомфортно, что я буду здесь во время УЗИ, я могу подождать снаружи.
Впервые я задумался, не ошибся ли, решив пойти с ней вместо Оливии. Она наверняка разбиралась во всём этом гораздо лучше меня, ведь уже проходила через подобное. А я, со своей стороны, до ужаса боялся сделать что-нибудь не так.