Пусть это было совсем немного, для меня оно значило очень многое. Это подтверждало, что я хоть что-то делаю правильно, даже когда мне казалось, что я всё делаю не так.
— Только самое лучшее для моих любимых людей, — сказал я, опустив взгляд на её живот.
Будь я умнее, то не успел бы так привязаться к женщине, которую едва знал, и к ребёнку, которого она носила, но ничего не мог с собой поделать. В ней было что-то такое, что я не хотел отпускать. Ещё до того, как узнал о беременности, я твёрдо решил пригласить её на ещё одно свидание. А если повезёт, то и на пять. Тот факт, что в её животе рос мой ребёнок, только усиливал это желание.
Но мне нужно было держать себя в руках. Меньше всего я хотел её спугнуть.
Взяв коробку с пончиками, я протянул её Сойер.
— Дюжина лучших пончиков Пайнкреста, — сказал я, открывая крышку и показывая ей ассортимент сладостей.
После прогулки они выглядели не лучшим образом, но всё ещё были вполне съедобны. Её взгляд жадно пробежался по ним, а затем остановился на шоколадном пончике с глазурью. Она достала его из коробки, пробормотав благодарность, пока я ставил коробку на землю и доставал из термосумки ледяную Cherry 7UP. Я запомнил эту деталь на будущее. Я даже завёл список в телефоне. Чем больше я узнавал о её предпочтениях, тем лучше мог подготовиться к любым желаниям, которые могли возникнуть у неё в дальнейшем. Я уже купил в магазине несколько лишних бутылок газировки, чтобы держать их в холодильнике. Возможно, было самонадеянно рассчитывать, что она ещё когда-нибудь переступит порог моего дома, но я был готов к любому развитию событий.
Сойер уже наполовину запихнула пончик в рот, когда её глаза загорелись при виде бутылки в моих руках. Она обхватила её пальцами и простонала от удовольствия, прежде чем проглотить откушенный кусок.
— Боже мой, это просто райское наслаждение.
Открутив крышку, она сделала глоток и вздохнула.
— Спасибо.
Я плюхнулся на стул рядом с ней. Не задумываясь, я потянулся и сжал её свободную руку.
— Для тебя что угодно.
— А если бы я попросила чего-нибудь вроде In-N-Out? Ты бы построил его посреди города?
— Конечно нет, — фыркнул я. — Я бы просто доставил его тебе самолётом, как любой нормальный человек.
Её смех был искренним и тёплым, таким же, как летний день, когда мы познакомились. Я не мог удержаться от глуповатой улыбки, глядя, как она запрокидывает голову.
— У нас с тобой совершенно разные представления о нормальности.
— Могу вместо этого отвезти тебя туда. У меня ведь есть доступ к частному самолёту.
— Боже, как же мне этого не хватает, — вздохнула Оливия. — Это определённо было одним из преимуществ моей прежней работы.
Сойер переводила взгляд с меня на неё и качала головой.
— Иногда я вспоминаю, что нахожусь совершенно в другой налоговой категории. И вот такие разговоры о перелётах на частном самолёте через всю страну ради бургера из фастфуда как раз из их числа.
— Ты права, — серьёзно ответил я. — Нужно мыслить масштабнее. Как насчёт пасты в Италии? Или выпечки в Париже? Там, неподалёку от Сены, есть ресторан со звездой Мишлен. Думаю, тебе бы понравился его шеф-повар.
Глаза Сойер едва не округлились вдвое.
— Полегче, приятель. У меня даже паспорта нет. Давай-ка сбавим обороты.
Придётся это исправить. Было столько мест, куда я хотел её свозить. Столько всего, что хотел ей показать. Даже если она захочет прожить в Пайнкресте до конца своих дней, она всё равно заслуживает увидеть мир.
Эта мысль ударила меня под дых. Впервые я по-настоящему задумался о том, что она может вовсе не захотеть уезжать из Пайнкреста. И с чего бы ей? Вся её поддержка была здесь. Она не захочет лишаться этого чувства защищённости и безопасности. Особенно ради переезда в незнакомый город с мужчиной, которого она даже толком не знает.
Её нежелание рассказывать мне о беременности вдруг обрело смысл. Словно в кромешной темноте щёлкнули выключателем. Сойер сама призналась, что боялась до ужаса: думала, я начну с ней судиться, попытаюсь отобрать ребёнка просто потому, что могу себе это позволить. Мои деньги и власть делали меня опасным, и осознавать это было отвратительно.
Что для нас означало бы остаться здесь? Я из кожи вон лез, пытаясь отделить свой бизнес от отцовского, но всегда планировал жить либо в Лос-Анджелесе, либо в Нью-Йорке. У меня была недвижимость на обоих побережьях, и я перебирался из одного города в другой в зависимости от того, где погода была лучше.
Если бы я решил сохранить это будущее, как бы оно выглядело? Чёртов перелёт каждый раз, когда я захотел бы увидеть собственного ребёнка? Он такого не заслуживал. Как и Сойер. Я ничем не отличался бы от человека, которого презирал.