— Неважно, Беккет. Это была интрижка на одну ночь. И ключевое здесь именно одна ночь. Неважно, насколько всё было хорошо. Мы не можем повторить это снова.
Я услышала шорох простыней и представила, как он садится на кровати.
— Почему нет?
— Потому что…
— Ты, э-э… Тебе не понравилось?
Его вопрос застал меня врасплох. Неужели в его голосе промелькнула неуверенность? Или он просто не привык, что женщины ему отказывают?
— Конечно, понравилось. Не говори глупостей.
— Тогда, может, я что-то сделал не так? Или сказал? Что бы это ни было, прости.
Этот мужчина сведёт меня в могилу. Ему нужно было просто замолчать и понять намёк.
— Нет, нет. Ничего подобного. Просто я… — Я попыталась подобрать слова, балансируя где-то между правдой и ложью. — Я не из тех девушек, которые заводят интрижки на одну ночь. Впервые в жизни я позволила себе что-то подобное и не хочу, чтобы кто-то из нас неправильно всё понял. — Тут я замолчала, но прежде чем успела остановиться, вырвался ещё один важный вопрос: — К тому же я даже не знаю, зачем ты здесь. Ты говорил, что терпеть не можешь маленькие городки, а теперь вдруг заявляешься в бар, где я работаю, будто так и надо?
— Во-первых, я ни слова не говорил о том, чтобы сегодня переспать с тобой. Не забивай себе голову всякими непристойностями.
Я с трудом сдержала смешок, а он продолжил:
— Что касается причины моего приезда… могу рассказать тебе за ужином.
Я закатила глаза.
— Почему нельзя рассказать прямо сейчас?
— Мне же нужно чем-то тебя заманить, чтобы ты согласилась, верно?
Ужин мог бы стать хорошей идеей. Так я смогла бы выяснить, зачем он приехал и как мне поступить: нужно ли вообще говорить ему правду и если да, то как. Делало ли это меня ужасным человеком? Одна только мысль о том, чтобы теперь, когда он здесь, продолжать скрывать от него всё, казалась неправильной со всех сторон.
Не говоря уже о том, что ужин был первым шагом по скользкой дорожке. Он стёр бы все границы, которые мы провели полгода назад. Одна его улыбка, эти ямочки на щеках, озорной огонёк в глазах, и мне конец.
Я застонала.
— Не знаю, хорошая ли это идея, Беккет.
— А если я пообещаю вести себя безупречно? Даже не попытаюсь заставить тебя в меня влюбиться.
Тут я рассмеялась.
— С чего ты вообще взял, что мне это грозит?
— Теперь уже не грозит. Моё обаяние отключится напрочь. В конце вечера я даже не попытаюсь тебя поцеловать. Как тебе дружеское рукопожатие?
Звучало это как мой самый настоящий кошмар, но вслух я такого не сказала. Вместо этого ответила:
— Дружеский ужин звучит прекрасно.
— Отлично. Тогда почему бы тебе не прислать мне адрес? Я могу заехать за тобой через полчаса, — предложил он.
— Сегодня всё равно не получится. Завтра мне нужно открывать бар. — На самом деле не нужно было, но ему незачем было об этом знать. — Может, в пятницу?
Из его уст вырвался недовольный стон, от которого мои губы сами собой растянулись в улыбке.
— В пятницу? Но это же почти через неделю…
— Уверена, ужин с твоей подругой, — я подчеркнула последнее слово настолько выразительно, насколько могла, не выглядя при этом сумасшедшей, — стоит того, чтобы подождать.
Мы могли быть только друзьями. Ни больше ни меньше. Всё остальное было бы игрой с судьбой.
В ответ повисла тишина, и наконец он пробормотал:
— Ладно. Но за тобой я заеду сам.
— Ничего страшного. Я возьму с собой в бар сменную одежду.
Будем надеяться, что Лив купила мне что-нибудь кроме джинсов. Что-нибудь милое, но не сексуальное. Вкусу у неё куда лучше, чем у меня. Впервые в жизни я была рада, что мне не придётся перебирать свой скудный гардероб в поисках подходящего наряда. Ни одну из моих вещей нельзя было назвать сексуальной. У меня даже не было ни одного комплекта красивого нижнего белья. Только хлопковые трусики и бюстгальтеры без косточек.
— Мне стоит беспокоиться, что ты не хочешь говорить, где живёшь? Ты случайно не серийная убийца, которая прячется в трейлерном парке или что-то в этом роде?
Он не собирался меня задеть, но сам факт, что жизнь в трейлерном парке прозвучала как худший из возможных сценариев, вновь напомнил мне, насколько мы с Беккетом разные. Напомнил о том, что мне нужно крепко стоять на земле. Я не могла позволить ему вот так запросто ворваться в мою жизнь и сыграть роль прекрасного принца.
— Что-то вроде того, — ответила я, опустив взгляд на то самое постельное бельё, которое было у меня ещё с первого курса старшей школы. Рисунок выцвел, ткань износилась, а на ней красовалось несколько пятен от лака для ногтей, оставшихся после моих неуклюжих попыток сделать себе педикюр. Но бельё всё ещё вполне годилось. Незачем тратить деньги на новое только потому, что старое не идеально.