Таннер представлял, что творится у них в головах. Они только что стали свидетелями гибели своего любимого патрульного катера. Видели, как погибли товарищи. Их сердца ожесточились и жаждали мести.
И, чёрт возьми, Таннер хотел бы избежать столкновения с ними, но у него и Филлипса не было выбора. Таннер подумывал, не надеть ли им «Драгеры» и просто спрятаться в волнах, пока эти люди прочёсывают косу, но если Митчелл собирался развернуться и подвести рыбацкую лодку к восточной стороне косы, чтобы забрать их и провести мимо прохода (далеко за пределами их собственных возможностей плыть), тогда этим китайским матросам следовало умереть здесь и сейчас; иначе у Митчелла на руках оказалась бы ещё одна перестрелка.
Разумеется, учитывая радиопереговоры, которые прослушивал Таннер, был велик шанс, что Митчелл и его «Призраки» не прорвутся, оставив обоих «морских котиков» на произвол судьбы.
В таком случае лучшее, на что мог надеяться Таннер, — убить китайских матросов, надеть их снаряжение и плыть, пока не кончится кислород.
Настойчивое требование начальства не оставлять ничего, что указывало бы на американскую операцию, играло им на руку. Однако капитану Гаммерсону всё же предстояло решить, стоит ли нарушение режима секретности того, чтобы рисковать экипажем и многомиллионной подлодкой.
Филлипс приподнял подбородок, затем подал Таннеру знак рукой: движение впереди.
Таннер напрягся, когда двое китайских матросов осторожно двинулись вперёд, не более метра друг от друга, всего в трёх деревьях от них.
Таннер подал Филлипсу ещё один знак.
Филлипс медленно кивнул и поднял пистолет.
Сделав долгий вдох и задержав его, Таннер откатился от своего дерева, прицелился в матроса слева и выстрелил.
РЫБАЦКАЯ ЛОДКА
ГАВАНЬ СЯМЫНЯ, КИТАЙ
АПРЕЛЬ 2012 ГОДА
— Дженкинс, разворачивай! — закричал Митчелл. — Возвращаемся за Рамиресом.
Пока Дженкинс крутил штурвал, бросая всех к леерам, Бизли и Смит перенесли огонь на дымящийся вертолёт, чей пилот всё ещё пытался восстановить управление.
Внезапно новый шлейф дыма развернулся от хвостового винта вертолёта, и там появилось пламя, а Бизли и Смит взревели от восторга и начали перезаряжаться.
— Добейте его! — закричал Митчелл, пока они возвращались к Рамиресу.
Дженкинс отпустил штурвал, передав его Митчеллу, затем нырнул в воду, а Митчелл сбросил газ.
Тем временем горящий вертолёт начал закручиваться и раскачиваться, удаляясь от лодки, и Хьюм выругался, что у него нет ракеты добить его. Но это уже не имело значения. Вертолёт резко завалился на бок, главный винт теперь стоял перпендикулярно воде, пока Митчелл снова разворачивал рыбацкую лодку, пытаясь сбавить ход рядом с Дженкинсом и Рамиресом.
Винты вертолёта начали врезаться в воду, и он внезапно снова развернулся при ударе, лопасти ломались, как веточки, кабина резко ударилась о поверхность, волны белой пены взметнулись вокруг машины.
— Этого достали, сэр! — закричал Смит.
В тот же момент оставшийся вертолёт с единственным стрелком заходил на новый круг, и у пилота было полно времени навести стрелка на цель. Теперь их прожектор скользнул по кильватерному следу Митчелла и нашёл двух человек в воде.
— Дженкинс, давай! — закричал Митчелл.
ТРИДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ
ПРИЧАЛ НА ПЕСЧАНОЙ КОСЕ
ГАВАНЬ СЯМЫНЯ, КИТАЙ
АПРЕЛЬ 2012 ГОДА
В тот момент, когда второй матрос рухнул с пулей в голове, старшина «морских котиков» Таннер и его напарник вновь нырнули в лес, направляясь на запад, чтобы обойти и зайти к оставшимся людям сзади.
Таннер и Филлипс теперь держали пистолеты в одной руке, а в другой — ножи SOG SEAL, восемнадцатисантиметровые клинки с порошковым покрытием, скрадывающим блики.
Они метнулись к краю небольшой прогалины и присели в кустах.
Прямо впереди один матрос окликнул другого, выдав свою позицию — свою последнюю ошибку.
С хищными инстинктами, настроенными на лес впереди, Таннер и Филлипс двинулись добивать.
РЫБАЦКАЯ ЛОДКА
ГАВАНЬ СЯМЫНЯ, КИТАЙ
АПРЕЛЬ 2012 ГОДА
Диас сидела на палубе, скрестив ноги, опёршись локтем о планширь, наводясь на приближающегося пилота вертолёта. Тот заходил по крутой дуге под углом сорок пять градусов, выравниваясь у их кормы и допрашивая их прожектором.
Митчелл закричал, когда поток от винта наконец накрыл лодку, вздымая водяную взвесь, которая через несколько секунд испортила бы Диас выстрел.
Стрелок вертолёта открыл огонь, и именно Браун, несмотря на травму головы, уверенно держал вертолёт на мушке своего ручного пулемёта. Он быстро скорректировал огонь, и стрелок обмяк после того, как выпустил очередь, прошившую палубу, промахнувшись мимо Диас на расстояние вытянутой руки.
Браун оглянулся на неё.
— Путь свободен, Алисия! Сними его!
Это было меньшее, что она могла сделать для человека, которого чуть не убила.