Я выпрямился, сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает. Сначала жар в груди, потом в горле, потом в ладонях. Кровь пульсирует. Кожа стягивается. Когти рвутся сквозь пальцы, царапая воздух.

Я взревел. По-настоящему. Как зверь. Как дракон. Как ублюдок, у которого отняли всё и даже объяснить не удосужились.

— На хрен эти кусты! На хрен эту оранжерею! — рявкнул я, подхватывая первый попавшийся горшок и швыряя его в стену. Глухой грохот, звон, земля рассыпается клочьями. — Хотела поиграть в тайны?! Получай!

Я прошёлся сквозь ряды, снося всё к бездне. Пинал, ломал, когтями рвал стебли и листву. Кровь забилась в висках. Лицо перекосило. Меня трясло.

— Жила, твою мать, рядом, молчала, улыбалась этой своей холодной, правильной улыбкой!

Я схватил тонкое деревце, вырвал с корнями. Мои когти вспороли ствол, древесина треснула с жалким всхлипом. За ней ещё один. И ещё. Всё ломал. Всё.

— Я для неё жопу рвал, таскал эти грёбаные растения со всех концов материка! А она?! Ей, мать твою, «не нравилось сажать»! Ненавидела она, видите ли, землю! Так скажи, лицемерка ты хренова, скажи хоть раз по-человечески!

Ещё один плетистый куст лёг под моими ногами. Раздавил. Хрустнула ветка. Кровь залила когти, но я даже не посмотрел.

Я остановился. Дышал тяжело. Горло саднило. Сердце бухало в груди, как кувалда.

Под ногами — руины. Цветы, грязь, обломки. Мои подарки. Её ложь. Моё предательство. Наши годы.

Я пнул очередной горшок, усмехнулся криво и горько.

— Ну что, красиво, а, Лилия? — повернулся и сразу же нашёл её взглядом, стоящую за стеклянными дверьми оранжереи и смотрящую на меня.

Когти втянулись. Я скалился в её сторону. Чувствовал себя безумцем.

И почему-то впервые за долгие годы чувствовал себя по-настоящему живым.

Глава 15

Лилия

Вскоре Аларик освободил меня от своего общества. До сих пор не могла поверить, что от оранжереи ничего не осталось. Столько трудов. И в один момент он всё уничтожил.

Я прислушалась к себе. Хотела понять, было ли мне жаль.

Но на удивление внутри разлилась такая легкость и осталась звенящая пустота. Словно оковы спали. Это очередная маска, спавшая с меня. Сколько ещё таких осталось?

Уйти из дома я не смогла. Не могла бросить особняк в таком бардаке. Надо заказать магов, чтобы все там прибрали.

А пока я сделала себе омлет на скорую руку и устроилась за столом. Время — поздний обед.

Думала, что этот дом всё же сложно покидать. Я вросла в него. Мы строили его вместе. Помню, как я хотела небольшой, как Аларик смеялся и дорисовывал старательно метры во всех комнатах. Мне нравилась моя спальня на шесть квадратов. Кровать и две тумбочки. Я и шкаф там карандашом обозначила. А Рик же тщательно пририсовывал стройный прямоугольник и говорил, что шкаф мне не нужен, у меня будет целая гардеробная.

Так дом разросся до небывалых для сироты размеров.

Помню, как чувствовала себя словно в музее и постоянно повторяла, что в таком большом доме я его не найду. Но он всегда говорил, что я могу найти его в кабинете.

Мы привыкли. Жили как жили. Я все больше узнавал его мир. Прониклась им, становилась такой же, как они. И, признаться, мне так хотелось соответствовать. Хотелось стать равной. Помню, как испытала полное разочарование, подслушав разговор свекрови в гостиной, когда она беседовала со своей подругой.

Тогда-то глаза и открылись. Пусть Аларик и говорит, что его всё устраивало во мне, но между супругами не должна быть пропасть.

Ему всё равно, но не всё равно тому обществу, в котором он вращается.

Теперь тонкие, завуалированные, якобы доброжелательные советы звучали из её уст иначе. Я видела её презрение, которое она тщательно маскировала заботой обо мне и будущем сына.

Я понимала её. Она желала лучшего для него.

А я понимала, что мне нужно учиться. Учиться быть такой, как они.

Правильно ли это или нет? Что уж теперь. Назад дороги нет. Зато я во всеоружии. Стану независимой. Займусь тем, чем всегда хотела, но не решалась.

А теперь я покидала эти стены. Так будет лучше.

Я обвела глазами кухонный гарнитур. Я его меняла два раза. В первый раз я ничего не понимала, что нужно, а что нет, чего я хочу от кухни. Было только желание научиться готовить. Ведь я не умела толком.

Не успела закончить и налить себе чай с чабрецом, как входная дверь распахнулась — и послышались голоса.

Я вышла из кухни, прошла в холл.

На пороге стоял Аларик. В новом отглаженном костюме. Такого у него раньше не было в гардеробе. Ничто не напоминало о том, что всего пару часов назад он выплёскивал всё своё бешенство на мои растения.

Словно и не было ничего. Он лишь мазнул по мне усталым взглядом. Потом впустил двух человек, одетых в чёрные форменные костюмы. Те вежливо поклонились мне. Я вскинула бровь и скрестила руки на груди.

— Они займутся приведением оранжереи в порядок, — сказал мне Аларик, попутно поправив манжеты. Провёл пальцами по лацканам. — Отчитайтесь хозяйке, — бросил он магам.

Те снова кивнули.